Наше меню

Поиск

Друзья сайта

Главная » Файлы » Книга кагала

Глава V 2
[ ] 29.10.2008, 16:11

 

    Однако же настоящая оценка означенной школы вовсе не будет противоречить той аттестации мудрости, знания многих языков и т.п., которую приписывает Талмуд некоторым представителям этой школы в сказанную эпоху. С начала XI века по сие время мы в разных странах Европы встречаем евреев, которые, кроме еврейской теологии, еврейского законоведения и литературы, занимаются астрономией, философией, математикой, медициной и т.п. Например, Самуил Галеви (1055) и Исаак Алфаси (1033) были знаменитыми законоведами, Авраам Бен Давид (1161) – хронографом, Абулвалид (1050) и Самсон Пархон (1160) – грамматиками, Авраам Бен Хия (1123) – астрономом и географом, Маймонид (1204) – философом, медиком и законоведом и т.п. Но ни один из означенных и им подобных еврейских светил не черпал своего света из еврейской школы. Некоторые из означенных еврейских ученых знаменитостей были автодидактами и, подобно Спинозе, черпали свое знание из арабских, греческих, латинских и других источников, без всякой школы, а иные, подобно Берне, Гейне и т.п., посещали школы местного народа, среди которого они жили. Еврейская же школа, которая во время означенных знаменитостей процветала в странах их рождения (Испании, Франции, Германии и т.д.), знала лишь книги Ветхого Завета и Талмуд. Все же прочие знания эта школа игнорировала. Таким образом, если некоторые из представителей еврейской школы и другие евреи от Сейма до падения Иудейского царства действительно, как утверждает Талмуд, отличались знанием чужих языков и т.п., то знанием этим они тоже никоим образом не были обязаны еврейской школе, цель которой заключалась , как мы выше говорили, лишь в том, чтобы укоренить между евреями законы Пятикнижия. Согласно этой специальной цели Пятикнижие не только дало этой школе программу, но и долгое время, до собрания Талмуда, служило почти единственным учебником в училищах для младших и старших возрастов.
    В училищах для младшего возраста ученики осваивали тексты Пятикнижия на еврейском языке вместе с халдейским переводом, без толкования, предания и т.п.
    В училищах старшего возраста преподавался писанный закон с необходимыми комментариями, толкованиями и преданиями, относящимися, как мы выше говорили, отчасти к внешней стороне Пятикнижием же установленных обрядов, отчасти к законам, определяющим права евреев и неевреев, и т.п.
    С этого времени софер и фарисей, т.е. книжник и толкователь закона, занимают привилегированное положение в еврейской общине. Они захватывают в свои руки как административную, так и судебную власть, за ними почет и все выгоды обеспеченного материального положения. Несведущий же в законе третировался, по словам Талмуда, книжниками и фарисеями, как животное. Таким образом, школа разделила еврейскую общину на два класса: патрициев - талмуд-хахам и плебеев - ам-гаарец. Насколько различно положение того и другого, яснее всего видно из того места Талмуда, где сказано, что ам-гаарец можно безнаказанно убить даже в День отпущения грехов*18. Теперь станет понятно, почему евреи ревностно посылали своих детей в школу, которая одна могла плебея сделать книжником и фарисеем.
    Наконец, здесь следует обратить внимание еще на одну меру, которая не менее школы содействовала к обращению евреев к Иегове и его закону и к поддержке возбудившегося между ними патриотического чувства; мы говорим об установленных Сеймом молитвах.
    Но прежде следует заметить, что до возникновения Сейма у евреев не было установленных молитв и в случае надобности, каждый молился о своей личной нужде своими собственными словами. С возникновением же Сейма и водворением в Иудее временного Царства Иеговы, Сейм установил единую молитву, с гласной и негласной частями, которую каждый еврей, где бы он ни находился, должен читать трижды ежедневно: утром, пополудни и вечером. Началом этой молитвы еврей, как мы выше говорили, гласно провозглашает Иегову единым Богом Израиля и тут же негласно, шепотом, настоящим своим царем. За этим провозглашением следует гласная часть молитвы, которую евреи читают вслух. Она гласит, что еврей всем сердцем, душой и добром должен быть предан Иегове и Его закону, что в награду за это Иегова пощлет благодатный дождь, плодородие и т.п. В противном же случае. Если евреи обратятся к языческим богам, тогда дождя и урожая не будет и евреи совсем исчезнут из своей прекрасной земли. Не безынтересно вспомнить здесь, что, читая это увещание в пользу Иеговы и Его закона, евреи держат в руке привязанные к четырем углам платья и представляющие самую наглядную эмблему карательных мер кисти (цицит*19) и, окончив приведенное место молитвы, говорящей о законе, целуют означенную эмблему и говорят:
    «И при виде их (костей) вспомните о всех заповедях Божиих и исполните их и да не соблазнит вас сердце ваше» и т.п.
    Негласная же часть молитвы, которую евреи тут же читают шепотом, состоит из 18 благословений, из коих большинство говорит о скорейшем освобождении обещанного величия Иерусалима, скипетра Давида и т.п., как например:
    «Воззри на бедствия наши, заступись за нас и скоро освободи нас ради имени Твоего, ибо Ты могущественный Освободитель» и т.п.
    «Огласи великою трубою наше освобождение, подними знамя для собрания изгнанников наших, собери нас вместе с четырех концов земли. Благословен Ты, Иегова, собирающий изгнанников народа своего, Израиля».
    «Восстанови Судей наших по-прежнему, советников наших, как было прежде, удали от нас печаль и стон и царствуй Ты, о Боже, Сам над нами с любовью и милосердием и оправдай нас на суде».
    «Возвратись по милости Твоей в град Твой Иерусалим и пребывай в нем по обещанию Твоему. Воссоздай его немедля в наши же дни зданием вечным и поторопись восстановить в нем трон Давида» и т.п.
    «Да восцветет отрасль раба Твоего Давида и да возвысится роль Его при помощи Твоей, ибо ежедневно уповаем на спасение Твое» и т.п.*20
    Очевидно, что эту обязательную молитву евреи должны были читать втихомолку по той же причине, по которой они втихомолку читали обязательное провозглашение Иеговы своим истинным Царем, которым, как мы выше говорили, эта молитва начинается.
    Чтение этих молитв сохранилось по сие время. Они читаются соборно в молитвенных домах и каждым евреем отдельно, где бы он ни находился: утром, пополудни и вечером и составляют самую главную часть еврейского богомоления.
    Эти молитвы, заметим, составляют главный базис всего с течением времени сложившегося обширного еврейского молитвослова, в котором очень часто упоминается о союзе Бога с Авраамом и со всем Израилем на Синае, говорится, что евреи – народ избранный из всех народов земли, отрицается власть иноверческого Царя *21, читается проклятие всем народам, от которых евреи страдали *22, хула чужой вере *23, возбуждается надежда на скорое восстановление Иудейского царства, господства евреев над всеми народами земли *24 и т.п.
    Преобладание политического содержания в ныне существующих еврейских молитвах так велико, что в сокращенном, например, молитвеннике г-на Воля (Вильна, 1870 г.), который вместе с русским переводом состоит лишь из 212 страниц, - более чем на ста страницах мы встречаем молитвы чисто политического содержания.
    Все эти молитвы, которыми, можно сказать, сопровождается ныне каждый шаг еврейской жизни, говорят большей частью текстами Ветхого Завета и всегда языком его.
    Возвращаясь к деятельности Сейма, мы должны сказать, что под влиянием изложенных нами карательных и нравственных мер еврейская жизнь пошла по пути к желаемой Сеймом цели. Суровая кара, ожидавшая с этого времени каждого еврея за нарушение закона Союза, не только отняла у евреев охоту приносить свои жертвы чужим богам и вступать в брак с иноверческими дочерьми, но и подчинила их многим другим придуманным для окончательного обособления евреев от иноверцев правилам, как, например, правилам о кошере и трефе, по которым еврею запрещается отведывать хлеб, вино и вообще блюдо, приготовленное иноверцем, и т.п. Но главнее всего то, что с этого времени, как ниже будет доказано, за сближение с иноверцами или за сочувствие иноверческой власти, которой он сочувствовал, и которая со дня возникновения Сейма в подобных случаях всегда, подобно Пилату, играла жалкую роль слепого орудия в руках представителей учреждений еврейской общины. Чтение же гласного и негласного законов в синагоге, изучение этих законов в школе и постоянное повторение знакомых нам гласных и негласных молитв укоренили среди евреев глубокое убеждение, с одной стороны, в высоких правах еврея, как сына «избранного народа», как союзника Бога, словом, как патриция мира, а с другой – в неправоспособности Богом отверженных и приговоренных к гибели язычников, превратили надежду евреев на восстановление Иудейского царства и трона Давида в главный догмат еврейской религии и провели этот догмат, так сказать, в плоть и кровь каждого еврея; наконец, наложили на жизнь евреев ту двусмысленную печать, при которой их отношения к язычникам скоро сделались настолько же вредными и невыносимыми для последних, насколько жизнь евреев вообще сделалась с того времени замкнутою, загадочною и неуловимою для каждого нееврея.
    Но это направление к строго замкнутой в себе жизни встретило своих противников лишь в некоторых лицах из высшего слоя. К оппозиции принадлежал и сын первосвященника, Менасия, который, будучи женат на дочери персидского начальника и вельможи Санабалата, не хотел подчиниться постановлению Сейма относительно иноверческих женщин, в силу которого он должен был расстаться со своею женою. Противники нового порядка усиливали лагерь враждебных к иудеям самаритян (кутиим), которых оттолкнули от участия в постройке второго храма. Благодаря влиянию Санабалата, в Самарии, на упоминаемой в Пятикнижии горе Гаризим *25, в ущерб Иерусалимскому храму, был воздвигнут отдельный храм Иегове, в котором Менасия был первосвященником.
    Хотя обе враждебные между собою стороны, т.е. иудеи и самаритяне, одинаково считали себя поклонниками Иеговы и последователями Его Закона, однако же они в политическом и религиозном отношениях представляли два различных элемента. Для иудеев обетованная земля была, так сказать, колыбелью их народной истории. Все реки, горы, долины, города, улицы, здания, одним словом все в этой стране являлось для иудеев живым памятником их народных героев, вождей, Царей и т.п., и названиями своими эти памятники нередко читали им историю подвигов славных народных деятелей. Поэтому они, весьма естественно, считали себя законными хозяевами страны. Исходя из этой точки зрения, для них с восстановлением нового порядка Иегова, как мы выше видели, был не только Богом, но и временным Царем, а Пятикнижие не только храмовым уставом, не только священною народною историею, но и священным документом, подтверждающим, что евреям принадлежит эта земля, и вместе с тем вещим словом, что рано или поздно они ее вырвут из рук злодеев, считающих ее ныне своею добычею. Таким образом, слово исторической части Пятикнижия служило здесь внутреннею связью народной политической жизни, доставляя богатую пищу политическим надеждам народа.
    Самаритянство же имело совершенно иной характер. Партия самаритян состояла из смеси языческих племен, переселенных сюда Саламанасаром на место изгнанных им израильтян. Они не выдвигали на эту страну никаких наследственных прав, но, как граждане этой страны, обеспечивали свои права господствующею нееврейскою властью. Стремление к восстановлению трона Давида не могло встретить у них сочувствия. Напротив, самаритяне очень хорошо понимали, что под скипетром еврейского царя им, как непрошенным гостям, было бы здесь гораздо хуже. Они знали, что по еврейским законам им здесь, на обетованной земле, места совсем не будет. Этим и объясняется, что из всех книг Ветхого завета самаритяне приняли лишь Пятикнижие и Кн. Иисуса Навина, в которых по крайней мере нет прямой речи об Иерусалиме и о Давиде, о которых прочие книги Ветхого Завета говорят ясно. Не оставляя своих старых богов, самаритяне, однако же, приносили жертвы Иегове, к которому они были обращены нападением львов*26. С этого времени Иегова был их Богом, но не Царем, а Пятикнижие имело для них значение храмового устава; историческая же часть его не могла для них быть тем внутренним политическим цементом, которым она под управлением Сейма стала для иудеев. С воздвижением храма Иегове в Самарии, духовенство которого состояло большей частью из отпавших от Иерусалима священников, между обоими храмами начинается ожесточенная борьба. Спор состоял здесь в следующем: Иерусалиму или Самарии быть центром культа Иеговы. Обе стороны были вооружены одним и тем же оружием, т.е. словом Пятикнижия, которое, по принятому обеими противными сторонами преданию, писано самим Моисеем до завоевания евреями обетованной земли. Но в свитках Пятикнижия, находящихся в руках евреев, тексты, напоминающие о будущем храме Иеговы: Второзаконие, гл. XII ст. 11, гл. XIV ст. 23, гл. XVI ст. 6 и гл. II и XXVI ст.2 гласят, что Иегова «изберет» еще место для этого храма. Основываясь на этих текстах, евреи утверждали, что местом этим впоследствии явился Иерусалим. В свитках же находившихся в руках священников самаритянского храма в означенных, говорящих о храме Иеговы текстах сказано, что Иегова «избрал» уже место для своего храма. В силу этих текстов и слова Второзакония, гл. XXVII ст. 12 – самаритянские священники утверждали, что местом для храма Иеговы может быть лишь избранная для этой цели самим Иеговою гора Гаризим. Конечно, в жестокой борьбе между обеими партиями, обе стороны взаимно обвиняли друг друга в фальсификации текстов Пятикнижия и, каждая из враждующих сторон, признавала подлинными тексты своих свитков. Хотя в этой вражде представители самаритянской общины всегда указывали правительству, что иерусалимский храм живит в народе политическую измену, однако же этим самаритяне не могли много навредить возникшему в Иерусалиме центру Царства Иеговы и задержать ход развития водворившегося в нем нового порядка. В Иудее с этого времени, как мы выше говорили, под властью Сейма относительно внешнего мира все жили для одного и один для всех, и этою силою евреи всегда находили средства склонить на свою сторону местных представителей власти. После двухсотлетней борьбы между обоими враждебными лагерями победа осталась на стороне евреев. Самаритянский храм был разрушен Иоанном Гирканом, и с падением этого храма самаритянская община окончила свою миссию в исторической жизни еврейского народа.
    Господство Персии тоже не долго держалось в земле обетованной. С завоеванием всех соседних с Иудеей народов Александр Македонский явился и под стены Иерусалима (332 г.).
    Равнодушно относясь к вопросу, кто из воюющих языческих царей останется властителем земли и чувствуя себя настолько окрепшими, чтобы во время борьбы между Персиею и Грециею мечем восстановить свою независимость, евреи устроили Александру встречу вполне подобающую смиренной общине, готовой покориться всякой власти, которая не помешала бы только служить Иегове.
    Александр Македонский был встречен первосвященником, всем духовенством и народом в белом облачении, одеваемом лишь в день отпущения. Цель была достигнута. Озадаченный этою неожиданною встречею, Александр не только обеспечил неприкосновенность храма, но, подобно Киру, Дарию и прочим, тоже принес Иегове свои жертвы и еще даровал не только евреям Палестины, но и живущим на Востоке различные льготы, освободил евреев от подати за субботние годы и т.п.
    С течением времени языческие цари, которые, как мы выше видели, всегда сочувственно относились к еврейской религии и сами посылали свои дары в храм Иеговы, оставили однако же свою политику религиозного индифферентизма относительно иудейства. Языческие цари впоследствии убедились, что под маскою религии евреи таят враждебные к иноверческой власти политические стремления, и, чтобы обеспечить над Иудеей свое господство, они прибегли к насильственному обращению евреев к языческим богам. При Антиохе Эпифане (175 г.) суббота, обрезание и храмовая служба были запрещены. Еще более: греческим правительством, гласит Талмуд, воспрещено было евреям даже упоминать имя Иеговы*27. Но тогда иудейство достаточно уже окрепло, чтобы выступать открыто против иноверческой власти, и первое восстание под предводительством Матафии Асмонеа увенчалось сокрушением греческого ига (165 г. до н.э.). Иуда Макаавей, сын Матафии, после славной победы над сирянами, торжественно вступил в Иерусалим, выбросив из храма, поставленного в нем Антиохом Эпифаном, олимпийского Юпитера и восстановив храмовую службу, а Иоанн Гиркан, сын Симеона Маккавея, окончательно восстановил независимость Иудеи (145 г. до н.э.). Но этот давно ожидаемый счастливый переворот в политической жизни евреев был поводом к внутреннему раздору. Освободившие иудейскую землю от чужого ига Маккавеи забыли, однако же, о потомках старой династии Давида, и вместе с тиарой первосвященника Иоанн Гиркан оставил за собой и скипетр царский. О последствиях этого раздора будем говорить ниже. Здесь же вкратце скажем о влиянии введенного Сеймом порядка вещей на внутреннюю экономическую и бытовую жизнь евреев.
    При оценке влияния нового порядка вещей на жизнь евреев мы прежде всего должны обратить внимание на законы о субботе. Выше мы видели, что за собирание щепок в субботу Пятикнижие приговаривает виновника к смерти *28. В другом месте Пятикнижие воспрещает зажигать огонь в субботу *29. Устное предание, держась в этом отношении направления приведенных двух писанных законов, пошло еще дальше. По устному закону не поднять в субботу щепку на улице, зажечь свечку, но носить в кармане носовой платок, пройти за город более 2000 шагов, подоить корову и т.п. сделалось уголовным преступлением, за которое преступник должен был поплатиться жизнью, или, по крайней мере, подвергнуться строгому наказанию. Подобные субботы не без причины вызвали тогда странный вопрос: «Суббота для человека или человек для субботы?». Являясь периодическим оцепенением жизни во всех ее проявлениях, абсолютная суббота, а за нею и праздники, гнали еврея не только от трудов, при которых человек имеет дело с безустанно действующей природой, за которой он должен неусыпно следить, повиноваться ее голосу, приходить ей на помощь и т.п., как, например, при земледелии, садоводстве, скотоводстве и т.п., но и от других серьезных занятий, зависящих более или менее от личной воли человека, как, например, от поденного труда, ремесла и т.п. С такой же силою гнали еврея от земледелия и субботние годы, которые являлись периодическою катастрофою для земледельцев.
    Само собою разумеется, что эти праздники не могли послужить в пользу процветания земледелия и поощрить евреев к этому труду. Не менее гибельна была для еврейского земледелия податная система. С водворением нового порядка вещей евреи сделались, та сказать, двуданниками. С этого времени они должны были платить, во-первых, в пользу иноверческого царя и, во вторых, на содержание штата еврейских чиновников и в пользу храма, копившего золото не только на удовлетворение потребностей еврейской религии, но и на производившиеся в его ограде подпольные политические приготовления. В пользу иноверческой власти платили поголовную подать по системе прямых и косвенных налогов, которые взимались сборщиками, откупщиками, мытарями и т.п. Но эту подать евреи считали незаконною. Подосланные, например, синедрионом чиновники Ирода обращаются к Спасителю с вопросом: «Позволительно ли давать подать Кесарю или нет? Давать ли вам или не давать?» Известно, что этим путем синедрион старался поставить Христа в безвыходное положение; ответ не в пользу Кесаря предавал его римскому суду, а в пользу Кесаря – был изменою еврейскому закону и вооружал еврейскую толпу, которая действительно прежде встречала Христа восклицанием «Гошана-Бен-Давид» (Спаси, сын Давида), а после кричала – «распни Его». Считая подать в пользу иноверческой власти незаконною в принципе, сейм и подчиненные ему учреждения не могли не желать довести требуемой этию властью подати до возможного минимума. Вернейшим и самым прямым средством к достижению этой цели является утайка от иноверческой власти настоящего числа евреев. Обеспечение этого верного средства к уменьшению подати в пользу иноверческой власти послужил говорящий гласом свыше рассказ о том, что за исчисление евреев Царем Давидом Иегова послал на еврейский народ чуму, которой истреблено было 70000 евреев *30. На основании этого рассказа возник закон, который гласит: «Счисление евреев воспрещается даже для богоугодной цели» *31. Молитва «Тахнун», которую евреи по сие время читают, закрыв рукою лицо и которая начинается словами: «Очень прискорбно мне, но пусть я впаду в руки Иеговы, - ибо велико Его милосердие, - только бы не впасть мне в руки человеческие» *32, с которыми Царь Давид по поводу означенного своего проступка обращается к Пророку Гаду, несомненно установлена была с целью внушить евреям убеждение в пользу необходимости по возможности укрываться от исчисления. С течением времени это убеждение так глубоко проникло в почву иудейства, что под владычеством Рима, когда народные силы евреев уже достаточно окрепли, римское правительство при переписи евреев встретило вооруженное сопротивление*33. Все эти факты убеждают нас, что подать в пользу иноверческой власти встречала своих противников в самих представителях учреждений Царства Иегова, чрез которых она взималась, и в народе. Тут все общими усилиями старались уменьшить эту тягость. Но совершенно иною представляется подать в пользу храма. Она установлена была национальными законами и, в силу того важного обстоятельства, что храм был казною и для политических потребностей, этой подати сочувствовали не толь духовенство, но и члены сейма, старейшины и т.п. Сборы были изобильны и мало того, что они способны были держать массу в нищете, они должны были еще окончательно отогнать евреев от земледелия, скотоводства, садоводства, чем они большей частью жили до первого падения царства.
    

 
 


*18 Талмуд, тр. Песахим, л. 49.  
*19 Цицит – это кисти, которые и ныне евреи привязывают к четырем углам молитвенной мантии “талет”, надеваемой ими ежедневно при утреннем богомолении в синагоге или дома в “арба конфот”, носимого евреями постоянно под жилетом или вместо жилета. Кисть состоит из 8 ниток. С того края, которым она прикреплена к платью, идут 5 двойных узлов, между промежутками которых намотаны ниткою же 40 воротов (оборотов). Еврейский закон Орах-хаим, гл. XI, Талмуд Шабат, л. 45, гл. 137 и др. книги определили форму кисти, но объясняют значение 8 ниток, 5 узлов и т.п. различно; и ни одно из этих объяснений не удовлетворительно; ни одно из них не выясняет, почему именно кисти, а не что-либо иное должно напоминать еврею о Законе и остерегать от нарушения его. Между тем дело говорит само за себя: в общем кисть имеет вид кнута, состоявшего из узловатой рукоятки и 8 плеток. Восемь плеток напоминают о восьмом дне обрезания, когда еврей вступает в священный союз с Иеговою, двойные узлы на рукоятке напоминают о двойном Законе союза: писанном и устном, число их пять – говорит о пяти частях Закона союза “Пятикнижия”, четыре промежутка между узлами напоминают об установленных еврейским Законом четырех родах смертной казни: убиении камнями, сожжении, усекновении мечом и удавлении и, наконец, 40 оборотов нитки соответствуют установленному Законом телесному наказанию на 40 ударов кнута. При утренней и вечерней обязательных молитвах еврей собирает в руки эти кисти и, читая означенное место Пятикнижия, целует их. Курьезные объяснения значения цицит см. “Гехалуц”, кн. 7, Вена, 1865 г., с. 102.  
*20 Молитвенник г-на Воля, Вильна, 1870 г., с. 52-68.  
*21 Молитва «Овину Малкейну», между прочим гласит: «Отче и Царь наш, кроме тебя у нас нет Царя» (Молитвенник г-на Воля, с. 68). Здесь господа Воль и Гурвич (Евр. мол. с перев. на русский язык О.Я. Гурвича. Вильна, 1870 г.) прибавляют в русском переводе слово «Небесного», которое искажает смысл этой молитвы для русского читателя.  
*22 Молитва, читаемая евреями при торжественном обряде Пасхальной вечери, гласит: «Излей гнев Свой на народы, не знающие Тебя, на государства, не призывающие Тебя; ибо они пожирали Иакова, опустошали его жилище. Излей на них злобу Твою, да постигнет их разъяренный гнев твой, гони их яростью и сотри их из-под небесного свода Твоего».  
*23 Молитва «Олейну», которой синагога и каждый еврей отдельно в будни, субботние и праздничные дни оканчивает обязательную для всех заутреню, обедню и вечерню, между прочим, гласит: «Нам надлежит славить Владыку вселенной, величать Миросоздателя за то, что Он не сотворил нас равными народам всех стран, не уровнял нас с прочими племенами земли, что не приобщил нас к их участи, не явил судьбы нашей равною судьбе всего сонмища [ибо они поклоняются суетному и пустому, молятся всуе и тщетно]». Место, обозначенное скобами, обыкновенно пропускается в молитвенниках, напечатанных в Российской Империи. Но тем хуже. С того времени как цензура стала вычеркивать это место, оно, подобно другим такого рода местам, сделалось предметом особого внимания всех евреев. Вследствие этого, означенные места заучиваются наизусть даже маленькими детьми, чуть начинающими читать по молитвеннику, и когда содержание всей молитвы на древнееврейском языке для дитяти еще не доступно, содержание этих мест ему уже объяснено. (См. Шулхан-арух [Еврейский закон], Вена, 1867 г., ч. I, с. 20, пр. 12 – где указывается, что это место читается наизусть.) При произношении слов, означенных в скобках, молящиеся евреи обращаются лицом к западу.  
*24 Праздник Нового года, который вместе с тем есть первый день десятидневного периода покаяния, оканчивающегося судным днем, несомненно один из важнейших праздников у евреев. Он знаменуется семикратным всенародным чтением 47-го псалма, который гласит: «все народы, восплещите руками, воспойте Богу гласом радости, ибо Всевышний и Всестрашный Иегова, великий Царь вселенной, подчинит Он нам народы и да повергнет Он под наши ноги племена, изберет Он для нас наше наследие, гордыню Иакова, любимую им зело, тогда возвысится Бог гласом трубы, Иегова звуками рога» и т.д.
    Никакое перо не в состоянии передать даже слабый снимок той картины, которую представляет синагога во время чтения этого псалма, или познакомит с чувствами, возбуждаемыми в сердце еврея его словами. Но каждый беспристрастный судья, знакомый с влиянием этого праздника на жизнь евреев, согласится, что более удачное средство для воспламенения патриотического чувства, политической страсти и религиозного фанатизма в одно и то же время вряд ли возможно придумать. После чтения этого, воспламеняющего политическое чувство евреев, псалма совершается обрядовое трубление в рог, как сигнал ожидаемой свободы.
    Начав новый год и период десятидневного покаяния сказанным патриотическим псалмом при гласе трубы, синагога заканчивает этот период вечером в субботний день обрядом точно такого же содержания в сокращенном лишь виде. Тут, после одного трубного возгласа, синагога оглашается общим восклицанием народа: «На будущий год в Иерусалим!». В праздничных молитвах евреев, изданных в Варшаве в 1871 г., в переводе на русский язык И. Гурвича, приведенный финал молитв Судного дня на последней странице 2-й части молитвенника оставлен без перевода.  
*25 Второзаконие, гл. XI, ст. 28.  
*26 2-я Кн. Царств, гл. XVII.  
*27 Талмуд, Рош-Гащана, л. 18б.  
*28 Кн. Чисел, гл. XI, ст. 32.  
*29 Кн. Исход, гл. 35, ст. 3.  
*30 Кн. Царств, гл. XXV.  
*31 Юма, л.22б.  
*32 2-я Кн. Царств, гл. XXIV.  
*33 Cicero pro Flacco, cap. XXVIII par. 68.  




[ ... Назад ]    [ Далее ... ]



_
Категория: Книга кагала | Добавил: Bruder
Просмотров: 1736 | Загрузок: 0
Каталог+поисковая система Русский Топ

Каталог Ресурсов Интернет ПетербургПетербург