Наше меню

Поиск

Разделы новостей

Duke [36]
Ford [19]
All [33]
Sion [72]

Друзья сайта

Главная » Статьи » In » Duke

..32

После исследования и оспаривания истории Холокоста я пришел к пониманию, что те, кто не согласны с определенными аспектами не более не правы, чем те, кто оспаривал устоявшуюся версию о наемном убийце одиночке, застрелившем Кеннеди. Разница только в том, что во втором случае меньше политических, экономических, социальных и религиозных последствий. Просто задавать уместные вопросы по аспектам Холокоста значит обрушить на себя неприкрытую ярость тех, кто доминирует в прессе и кто поддерживает Израиль. Я уже заплатил дорогую цену за свою «измену» и книга, возможно, будет мне стоить еще дороже. В Америке, если исследователь осмеливается опубликовать свой труд и общественность осуждает его, за этим может последовать потеря жизненных средств и даже физическая угроза. В Европе и Канаде это означает аннулирование университетских дипломов, потерю работы, профессиональный застой, и в дополнение, заключение в тюрьму и физические атаки.

В то время как я пишу эти строки, до меня дошли слухи, что лидер французских националистов Жан-Мари Ле Пен осужден французским судом и оштрафован на тысячи долларов просто за упоминание в разговоре с журналистом о том, что «газовые камеры» — «фальшивка» Второй Мировой войны. [ 485 ] Сэр Уинстон Черчилль в своем монументальном шеститомном труде «II Мировая война» [ 486 ] не упоминает «газовые камеры» — даже как фальшивки. То же самое можно сказать про «Крестовый поход в Европе» Эйзенхауера [ 487 ]. Возможно сионисты в состоянии организовать посмертный суд над этими двумя людьми, не отдавшими должного почтения Ликвидации.

После комментариев Ле Пена, Европейский директор Центра Визенталь потребовал отмену неприкосновенности члена Европейского парламента, чтобы его можно было преследовать по закону. [ 488 ]

Общество, в котором невозможны свободная дискуссия, вопросы и дебаты, не является свободным. Чем больше страх перед правительством и прессой, тем интенсивнее подавление. В случае политически некорректных идей про Холокост, этот страх достиг истерических пропорций.

Правительство и пресса, подавляя определенные идеи, боится этих идей не потому, что они слабые, а потому что они мощные, потому что они не легкоопровержимые, а убедительные. Если мы должны узнать реальную историю Холокоста, то это требует свободы вопросов, свободы усомниться и опровергнуть.

Если я чему-то и научился за время своей политической жизни, то это задавать вопросы. Необходимы свобода слова и прессы, свобода задавать вопросы и дискутировать. Перед тем, как решить, что правда, а что нет, что факт, а что фикция, необходимо выслушать обе стороны. Это относится к любой проблеме, стоящей перед нами, включая и феномен, который вызывает такую невероятную истерику: Холокост с большой буквы «X».

Холокост все в большей степени предполагает измерение религии. Это своего рода тема смерти и искупления, образ замученных невинных, но воскрешаемых в ауре неопровержимой священности людей. Концлагеря как священные места и паломники, святое писание со святыми и грешниками, а также храмы, подобные музею Холокоста в Вашингтоне. Любой, кто усомнится в малейших деталях, объявляется еретиком и заслуживает презрения и насмешки, но лучше лишить его средств к существованию и свободы. Написанное богохульцами должно конфисковываться и сжигаться. Если же работы еретиков каким-то образом, даже в малой доле, находят путь к публике, они должны систематически унижаться и высмеиваться.

Легенда Холокоста живет, подпитывая интенсивную этническую солидарность евреев и коллективную ненависть к неевреям. Среди неевреев хроника истории Холокоста разрушает естественную психологическую защиту перед еврейской доминацией.

Очевидно, что величайшее порождение этноцентризма — это массовое убийство миллионов христиан лидерами большевиков в СССР и Восточной Европе. Грустная ирония, что так мало внимания придается этой Ликвидации из Ликвидаций. В наш век события и их важность определяются евреями. Терминология Холокоста отводит особое место еврейским жертвам Холокоста и Второй Мировой войны. Еврейская Ликвидация священна по сравнению с другими жертвами. Мир делится на евреев и всех остальных — маленьких «g» неевреев (gentiles) мира.

МАТЬ ВСЕХ ХОЛОКОСТОВ

Более правильным было бы назвать Вторую Мировую войну - Холокостом, а не просто страданиями евреев. Бомбардировка и сжигание самых красивых городов и произведений искусства Европы, смерть десятков миллионов самых смелых и сильных молодых людей, безжалостное искоренение, голод, убийство и надругательство над десятками миллионов ни в чем не повинных мирных жителей всех наций и этнических групп Европы — это было грандиознейшим Холокостом, который мир когда-либо познал. Цивилизованный мир будет ощущать культурные и генетические последствия Второй Мировой войны в течение ещё многих последующих поколений.

Премьер-министр Великобритании Невил Чемберлен сказал об этом кратко, когда он заметил, что немецко-польский спор о границе не стоил крови ни одного английского гренадера. Все те, кто был рожден в ходе и после конфликта, воспитывались в духе катехизиса родителей и прессы о «хорошей войне». Если смерть 50 миллионов живых существ можно назвать хорошей войной, то что же такое плохая? Естественно, что те же самые силы, которые афишировали Холокост, отмечали необходимость войны, и Нюрнбергский Трибунал постановил, что вся вина целиком должна быть возложена на немцев. Пытаясь покончить с двадцатилетним порабощением Польшей восточно-немецких территорий, Германия захватила Польшу. С этой точки зрения, это была война за границы с минимальными потерями жизней и малым количеством бомбардировок городов и мирных жителей.

Война стала более обширной, когда Франция и Англия объявили войну Германии, и вскоре она превратилась в Мировую войну, в конечном итоге, в величайшую человеческую бойню в истории (смотри «Wulis Carlo's Barnes Review»). [ 489 ]

Во многих нациях были те, кто желал войны. Были немцы, стремящиеся расширить на восток свое Lebensraum (жизненное пространство); поляки, которые предпочитали воевать лишь бы не отдавать отнятые Версальским договором немецкие территории. Среди французов были те, кто завидовал своим немецким соперникам; а среди британцев те, кто опасался экономической, политической и военной власти объединенной Европы. Как эти силы, так и другие сыграли свою роль в создании Холокоста Второй Мировой войны., Не следует забывать также еще одну группу, которая в значительной степени ответственна за этот Холокост войны; распространенные по всему миру силы организованного еврейства. В 1933 году Мировой Еврейский Конгресс объявил(!) войну Германии. [ 490 ] В течение 6-ти лет в каждой нации Запада они разжигали национальные недовольство и паранойю. Они публиковали подстрекающие статьи о Германии в еврейской прессе. Они выгодно использовали свою значительную финансовую власть. Они использовали свое сильное политическое и информационное влияние для того, чтобы агитировать за войну и подливали масло в «огонь ненависти», огонь, все еще поддерживаемый средствами массовой информации 55 лет спустя после этого факта.

Мы, американцы, вместе с британцами, немцами, французами, поляками, русскими, итальянцами и др. устроили бойню миллионам европейских женщин и детей, убили и искалечили наших молодых людей и сожгли наши наиболее неприкосновенные произведения искусства в европейской колыбели культуры и цивилизации. Когда я был очень молод, я испытывал чувство вины за рабство и за Джимми Кроу. Я избавился от чувства вины, когда понял, что наша раса дала населению Земли гораздо больше, чем отняла у него. Когда я начал понимать реальность Второй Мировой войны, чувство вины снова посетило меня, но в этот раз не в связи с тем, что моя раса причинила другим, а с тем, что мы причинили сами себе. В конце концов, нам некого винить за эту бойню более чем самих себя.

Вторая Мировая война была наиболее разрушительным и опустошительным событием в долгой истории Европы. Коммунизм надругался над половиной Европы и прокатился по всей планете, убивая и порабощая миллионы, прежде чем он уничтожил сам себя. Пирровой победой еврейское верховенство объединило свои силы, результатом чего явился тот факт, что XX век завершается сионистской гегемонией в самых высших эшелонах средств массовой информации и политической власти. Белый мир растерял свои империи и сейчас столкнулся с тем, что его собственные берега захвачены Третьим миром в том смысле, что даже родные земли наших людей сейчас находятся под угрозой демографической и генетической катастроф. Древняя ненависть сейчас присуща тем людям, которые «ничего не забывают и ничего не прощают».

И сегодня, хотя наши еврейские антагонисты находятся на пороге полной победы и деловито продолжают основание своего нового мирового порядка, их власть — это не совсем то, что нам угрожает. Нам угрожает наша собственная слабость. Нашей «ахиллесовой пятой» оказалась наша наивность. Если мы узнаем правду Холокоста, то сможем избавиться от наивности, и сможем расстроить планы искоренения европейского человечества.

Мы, мужчины и женщины Запада не должны приносить в жертву своё право на рождение на алтарь Холокоста.

Глава Х
ЕВРЕИ ВОЗГЛАВИЛИ ВТОРЖЕНИЕ

Give me your tired, your huddled мasses,
Yearning to breathe free.
The wretched refuse of your teeming shore.
 — Emma Lazarus

Наплыв европейцев в Северную Америку привел к тому, что индейцы вынуждены были переселяться и, в конце концов им достались лишь резервации. Аналогично протекала беспрерывная миграция евреев в Палестину, что противоречило интересам палестинцев, но для евреев было необходимо захватить регион. Это положило начало основанию сионистского государства.

Любое племя, раса или нация, желая сохранить свою культуру, интересы группы и суверенитет должны сохранять доминирующий статус в том географическом регионе, где они расселяются. Большинство наций осознали этот факт еще во времена ранних цивилизаций, и каждая современная нация стремится строго контролировать свои границы и процесс иммиграции.

Большинство американцев рассматривают историю индейского сопротивления европейским колонизаторам как морально оправданную, но в свете искаженной этики сегодняшнего дня некоторые считают европейско-американские попытки предохранить наш уникальный генотип и культуру от неевропейской иммиграции, как достойные порицания.

Однако, несмотря на всеобъемлющую пропаганду, прославляющую мультикультурализм и навязываемые СМИ радости разнообразия, опросы общественного мнения в Америке показывают преобладающую оппозицию неограниченной иммиграции. Аналогичные общественные настроения сохраняются в каждой европейской нации.

Только после иммиграционного акта 1965 года, Конгресс США начал игнорировать желания большинства и положил начало политике, которая дискриминировала потенциальных европейских иммигрантов, и способствовала массивной неевропейской иммиграции. Начиная с этого времени, федеральное правительство демонстрировало малую заинтересованность в усилении иммиграционных законов и политики сохранности наших границ. Результатом этой политики был поток цветных иммигрантов, как легальных, так и нелегальных. Иммиграция и высокая рождаемость цветного населения изменили американскую нацию таким образом, что от 90% европейцев в начале 1960-х к концу века осталось только 70%. Американское бюро по переписи населения предсказало, что к середине XXI века, еще во время жизни многих из тех, кто читает эти строки, американцы-европейцы будут этническим меньшинством в США. Мы уже являемся меньшинством во многих больших городах Америки и скоро будем в меньшем количестве в Калифорнии и Техасе. Политика, аналогичная действующей в США, привела большое количество неевропейцев в Канаду; негров — в Великобританию; североамериканцев и азиатов — во Францию; турок — в Германию; и настоящее попурри из чужеземных рас в Скандинавию, Испанию и Италию.

Поскольку я рос, сознавая некоторые национальные вопросы, для меня было очевидным, что новая иммиграционная политика США и Европы в серьезной степени повредит западным обществам. Уже некоторое время спустя после изменений в иммиграционной политике обострились проблемы преступности во всех подверженных этому процессу нациях. Страдало качество образования, и увеличились проблемы социального благосостояния. Если эта запланированная расовая трансформация ускорится, все эти болезни достигнут катастрофических пропорций.

Какая группа может что-либо выиграть от этого демографического Армагеддона? Иностранцы-индивидуалы, которые могут извлечь выгоду из экономических возможностей, предоставляемых западными обществами. Когда я наблюдал за борьбой, касающейся иммиграционных законов в течение последних 100 лет в Америке, стала очевидной движущая сила открытия американских границ: это было организованное еврейство, персонифицированное в поэтессе Эмме Лазарус, чьи строки я привел в начале главы.

К тому времени, когда я был студентом младших курсов в университете, я убедился, что массовая неевропейская иммиграция уравновесила величайшую кратко- и долговременную угрозу Америке, которую я любил. Я осознавал, что до тех пор, пока не будет аннулирован иммиграционный акт 1965 года, он будет звучать как похоронный звон по моей стране. Большая часть из того, что я читал, указывала на длительную историю усилий организованного еврейства произвести радикальные преобразования в американских иммиграционных законах. Я связался с Дрю Смитом, старым новоорлеанским адвокатом, автором книги «The Legacy ofthe Melting Pot» («Наследие Мелтинг Пот») и тем, кто научил меня многому по вопросам иммиграционной проблемы [ 491 ].

Мы встретились со Смитом в дождливый день после занятий в Совете регистрации граждан. Он объяснил мне историю американских иммиграционных законов. Процитировав строки Лазарус у подножия статуи Свободы, он спросил: «Чьим интересам могло служить наводнение Америки «жалким отребьем?». И быстро ответил на свой собственный вопрос: «Это было в интересах единого народа, который использовал расовую солидарность в качестве оружия, оружия, которое они хотели иметь только для себя. Попытки изменить американские иммиграционные законы и в конечном итоге сместить европейское большинство велись почти исключительно евреями».

Смит объяснил, что Эмма Лазарус — как многие другие активисты-иммигранты — была еврейской партизанкой, поддерживающей создание эксклюзивного еврейского сионистского государства в Палестине, но в то же время, выступающая за «многообразие» для Америки. Он указал мне на то, как такие евреи как Лазарус смогли даже изменить значение статуи Свободы. Прекрасный желто-зеленый колосс первоначально не имел никакой связи с иммиграцией и предшествовал созданию иммиграционного центра на острове Эллис. Это был подарок Франции по случаю празднования американской революции, а вовсе не в честь прибытия «жалкого отребья» на американские берега.

Эмма Лазарус более всего известна своими осуждающими выступлениями против российских погромов, последовавших за убийством царя Александра II в 1881 году. Ирония богата: женщина, посвятившая себя созданию элитного еврейского государства в Палестине, была обеспокоена тем, чтобы превратить Америку в убежище для отверженных мира сего. У Дрю Смита было много книг по иммиграционному вопросу, включающих некоторые, написанные евреями, в которых он отметил несколько важных отрывков. Я одолжил их у него и с удовольствием покопался в них.

Еврейские организации, такие как Американский Еврейский Конгресс, возглавляли (и все еще возглавляют) усилия, направленные на либерализацию американской иммиграции и создавали препятствия на пути принятия законов, ограничивающих ее. В 1921-м, 1924-м и 1952-м годах Конгресс принял законодательство, которое пыталось поддерживать расовый статус кво в Америке. Достаточно интересным является тот факт, что, несмотря на то, что англо-американцы были преобладающим большинством американского населения, а также и Конгресса, они не пытались увеличить свою долю в американском населении, а просто пытались поддерживать статус кво каждой группы. В ранних спорах о законодательстве евреи выступали приверженцами идеи открытой иммиграции и страстно противостояли сохранению Америки как этнически европейской христианской нации. В Палате Представителей Адольф Саббат, Самуэль Дикстайн и Эммануэль Сэллер возглавляли борьбу за неограниченную иммиграцию, в то время как в Сенате Герберт Лемон и позднее Якоб Явиц координировали эти усилия.

В ранней борьбе представитель Левитт в своих выступлениях перед Конгрессом ясно обрисовал картину вовлеченности евреев:

Инстинкт национального и расового сохранения не должен порицаться.... Никто лучше чем господин из Иллинойса (мистер Саббат) или джентльмены из Нью-Йорка: мистер Дикстайн, мистер Якобстайн, мистер Селлер и мистер Перельман не могут понять желание американцев сохранить Америку для американцев.

Они представители великого исторического народа, который сохранил свою национальную идентификацию в течение веков, потому что искренне верил в то, что является избранным народом, с определенными идеалами, которые необходимо поддерживать, и потому что понимал, что потеря расовой идентификации означает смену идеалов. Этот факт должен помочь им и большинству наиболее активных оппонентов этой меры понять и принять нашу точку зрения, которая вовсе не является экстремистской, а лишь требует, чтобы примесь других народов была такого вида и качества, которая не допустила бы изменения расовых характеристик быстрее, чем осуществится их ассимиляция, как в управлении, так и в крови. (Запись Конгресса, 12 апреля 1924 года). [ 492 ]

Социолог Эдвард А. Росс в своей влиятельной книге 1914 года «Старый и новый мир: значение прошлой и настоящей иммиграции для американского народа», процитировал знаменитого про-иммигрантского лидера Израиля Зангвиля, который указывал, что Америка является идеальным местом для реализации еврейских интересов. Далее Росс резко высказывается о еврейском влиянии.

Вот почему евреи имеют свои интересы в иммиграционной политике: следствием этого выступают старания евреев контролировать иммиграционную политику США. Несмотря на то, что их иммигрант является каждым седьмым в сети наших иммигрантов, они борются за принятие иммиграционного законопроекта. ...систематическая компания, проводящаяся в газетах и журналах, направленная на то, чтобы разрушить все аргументы против и успокоить все наивные страхи ведется для одной и той же расы. Иудейские деньги стоят за Национальной Либеральной Иммиграционной Лигой и ее многочисленными публикациями. [ 493 ]

В 1924 году конгрессмен Нуд Уэфулд указал на связи коммунистов со многими еврейскими иммигрантами и заключил, что многие евреи «не испытывают сочувствия к нашим старым американским идеалам».

Управление нашей интеллектуальной жизнью во многих ее областях попала в руки этих умных пришельцев, которые не испытывают сочувствия к нашим старым американским идеалам... которые обнаруживают наши слабости и потворствуют им и богатеют благодаря ущербу который они причиняют нам.

Наша система развлечений в целом завоевана людьми, которые попали сюда на гребне Юго- и Восточно-европейской иммиграции. Они снимают наши ужасные фильмы, пишут многие из тех книг, которые мы читаем, и издают наши журналы и газеты. (Отчет Конгресса, 12 апреля 1924 года). [ 494 ]

Последним важным законом, изданным Конгрессом, чтобы защищать статус кво Америки был акт Уолтера МакКерена 1952 года. Оппозицию Конгресса представляла еврейская тройка, состоящая из Селлера, Явица и Демона. Также принимали участие в оппозиции все крупные еврейские организации, включая Американский Еврейский Конгресс, Американский еврейский комитет, АДЛ, Национальный совет еврейских женщин и дюжина других (в том числе и коммунистическая партия США). В ходе дебатов в Конгрессе, Френсис Уолтер отметил, что единственной гражданской организацией, которая находилась в оппозиции всему законопроекту, был, Американский Еврейский Конгресс. Представитель Селлер в свою очередь отметил, что Уолтер «не должен был переоценивать в той степени, в которой он это сделал людей единой веры, которые противостоят законопроекту» (Отчет Конгресса, 23 апреля 1952 года). [ 495 ]

Когда еврейский судья Симон Рифкайнд выступал против законопроекта на совместных слушаниях, он отметил, что в своей поддержке гибнущему иммиграционному законодательству США, он выступает, как «представитель большой части религиозных и светских мнений, которых придерживаются, используя религиозную терминологию, правые и левые экстремисты евреи». [ 496 ]

Меня охватывала нервная дрожь, когда я читал мужественные замечания, которые высказывал конгрессмен из Миссисипи Джон Ранкин в ходе дебатов. Сегодня такие правдивые комментарии, высказанные любым из официальных представителей, вызвали бы стремительный поток оскорблений, который мало кто смог бы выдержать.

«Они скулят о дискриминации. А знаете ли вы, кто на самом деле дискриминируется? Белые христиане Америки, те, кто создал эту нацию... Я говорю о белых христианах Севера и Юга...»

«Коммунизм является расовым. Расовое меньшинство захватило контроль в России и во всех зависимых от нее государствах, таких как Польша, Чехословакия и многих других, которые я мог бы назвать.»

«Они потеряли практически все страны в Европе за последние годы, и если они будут продолжать разжигать расовые волнения в этой стране и пытаться навязать коммунистическую программу христианским людям Америки, никто не скажет, что может случится.» (Отчет Конгресса, 23 апреля 1952 года) [ 497 ]

В конечном итоге в 1965 году, когда Конгресс принял иммиграционный акт, осуществилась цель, впервые выдвинутая еврейскими организациями в 1880 году. Результатом этого явился тот факт, что 90% иммигрантов стали не европейцы. Америка пришла от иммиграционной программы, подразумевающей пропорциональное представительство всех групп в США к такой, которая дискриминировала европейцев. Как в случае с ранним законодательством, еврейские представители и сенаторы, также как влиятельные еврейские организации, воздействующие на Конгресс, пошли в наступление. Им это удалось, поскольку в течение 41 года после 1924 года власть евреев стремительно увеличивалась практически во всех сферах американской жизни.

В 1951 году сенатор Якоб Явиц написал статью, которая называлась «Давайте распахнем наши ворота», [ 498 ] и которая призывала к массовой неограниченной иммиграции. Явиц и представитель Сэллер сыграли видную роль при принятии законопроекта в 1965 году. За девять лет до принятия иммиграционного акта Американский Еврейский Конгресс предлагал основные части законопроекта и восхвалял Президента Эйзенхауера за его недвусмысленную оппозицию национальной системе квот. В 1956 году в передовицах своих газет они прославляли его за «смелость, проявленную в продвижении вперед многих идей либеральной иммиграционной политики, и за то, что он занял позицию, на которой первоначально настаивал Американский Еврейский Конгресс и другие еврейские сообщества». [ 499 ]

ПРИЧИНЫ, ВЫЗВАВШИЕ БОРЬБУ ЕВРЕЕВ ЗА ИММИГРАЦИОННЫЕ ЗАКОНЫ

Было бы глупым и непродуктивным для евреев выступать за открытие границ и в тоже время признавать, что мотивация их действий была вызвана интересами, которые противоречили европейцам-неевреям. Они называли открытую иммиграцию «патриотической». С самого начала ХХ века они делали публичные заявления о том, что мультикультурализм и разнообразие являются выгодными для США, умело маскируя при этом свою собственную стратегию.

После принятия статуса открытой иммиграции в 1965 году, такие еврейские авторы как Наоми У. Коуэн, почувствовали себя в большей безопасности и приоткрыли некоторые из реальных еврейских причин побуждающих их продвигать такого рода политику. Она писала о том, что, начиная с гонений в России в 1880-х годах, в ходе нацистской оккупации Европы и оканчивая несчастьями «холодной войны» в Восточной Европе, открытая иммиграция в западные нации служила еврейским интересам, поскольку «стремление выжить заставляло евреев искать убежище в других странах». [ 500 ]

Коуэн также писала о том, что внешняя международная политика США также служит еврейским интересам, поскольку «сориентированная на принятие иностранцев Америка была наиболее чувствительной к проблемам евреев-иностранцев». [ 501 ] Возможно, еще более важным выступает то, что Коуэн лишь подразумевала, а именно то, что евреи видели в политике открытой иммиграции крушение гомогенности и единства Америки, создание плюралистичного общества в котором евреи смогли бы процветать.

В своей монументальной книге «История евреев в Америке», Говард Захар отмечает, что плюрализм поддерживает «узаконение сохранения культуры меньшинства среди большинства общества-хозяина». [ 502 ] Так, в сущности, разрушая единство и связность Америки, евреи могли бы усилить свое собственное единство. В продолжении Захар подробно показывает, что усиливает еврейскую солидарность:

Но влияние Каллена в реальности распространилось на всех образованных евреев: узаконивая сохранение культуры меньшинства среди большинства общества-хозяина, плюрализм функционирует как интеллектуальная опора для образованных евреев второго поколения, поддерживает их связность и их наиболее упорные коллективные попытки во время суровой депрессии и оживления антисемитизма, во время шока, вызванного нацизмом и Холокостом, вплоть до появления сионизма после Второй Мировой воины. [ 503 ]

Социальный психолог Кевин МакДональд в книге «Люди, которые будут расселяться сами по себе», указывал, что большинство антисемитских движений обычно существуют в этнически гомогеннных нациях, и что «этнический религиозный плюрализм служит внешним интересам еврейства, поскольку евреи становятся лишь одной из многих этнических групп... и это становится трудным и даже невозможным(!) для неевреев развивать единые связные группы, объеденные в своей оппозиции иудаизму». [ 504 ] [ 505 ]

В своей книге «Определенный народ: американские евреи и их жизнь сегодня», Чарльз Зильберманн пишет, что:

Американские евреи зависят от культурной толерантности из-за их веры, прочно укоренившейся в истории, и то, что евреи находятся в безопасности лишь в таком обществе, которое представлено большим количеством разнообразных отношений и поведений, так же, как разнообразие религиозных и этнических групп. Например, неодобрение гомосексуализма ведет к тому, что большинство американских евреев поддерживают «права геев». [ 506 ]

Джон Хайэм в своей книге «Send These To Me: Immigrants in Urban Аmеriса» (Пришли это мне: иммигранты в урбанизированной Америке), ясно показывает, что спонсируемые евреями изменения в иммиграционном праве были поражением политической и культурной представленности в американском обществе «обычных людей Юга и Запада». [ 507 ]

В течение десятилетий предшествующих, открытию границ в 1965 году, группы евреев благочестиво заявляли о том, что не должно быть никакой дискриминации, направленной против любой группы иммигрантов и что это должно сыграть позитивную роль для Америки. Но Ричард Арэнс, директор подкомитета Сената, который составил «Акт Уолтера-МакКерена», указывал на то, что те же самые силы евреев, которые выступали наиболее алчными приверженцами открытой иммиграции, лицемерно вступили в оппозицию той этнической иммиграции, которая, как они считали, противоречила их интересам.

Одним из любопытных моментов, касающейся тех, кто наиболее активно утверждал, что акт 1952 года является дискриминаторским, и что он не позволит принять значительное число потенциальных беженцев, выступил тот факт, что они противостоят принятию приблизительно одного миллиона арабских беженцев, которые сейчас живут в лагерях, в достойных жалости обстоятельствах после того как они вынуждены были переселиться из Израиля. [ 508 ]

Организованное еврейство не только хочет не дать возможности арабским беженцам вернуться в свои дома в Израиле, они также препятствуют их переселению их в Соединенные Штаты. Видят ли они в лишенных места жительства палестинцах своих потенциальных политических оппонентов? Еврейские группы явно способствуют таким формам мультикультурализма, которые подрывают единство неевреев, а вовсе не тем, которые могут угрожать власти их собственной группы. Тогда становится очевидным, что их преданность мультикультурализму является стратегией чистой воды, они приветствуют только те этнические группы, вливающиеся в нацию, которые смогут в дальнейшем плюрализировать американское общество и разрушить его единство.

В большинстве своем еврейские политические институты и средства массовой информации долгое время способствовали демографическому вторжению и разложению Америки. В то время как еврейская пресса обвиняла в «расизме» тех, кто выступал против потока цветных иммигрантов в Америку, Канаду и во все Европейские нации, на израильскую иммиграционную политику смотрели сквозь пальцы. Миллионы палестинцев покинули свои дома в результате захвата евреями Палестины. Они не могут вернуться на свою древнюю Родину, и многие вынуждены жить в лагерях беженцев, которые не многим отличаются от концентрационных лагерей с их нуждой и запущением.

А.М. Розенталь уже долгое время является владельцем одного из, возможно, наиболее влиятельных журналов в Америке, которым владеет еврей, «New York Times». Сторонник строгого курса в Израиле, он сожалеет о сионистском государстве лишь в том смысле, что оно является, на его взгляд, не достаточно сионистским. В передовицах 1992 года Розенталь считает себя обязанным критиковать другую страну, которая желает сохранить свое расовое единство и культурное наследие:

Они лучше установят квоту на иммиграцию и сформируют более плюралистическое государство путем принятия доктрины для граждан, основанную в большей степени на месте жительства, чем на кровных связях.

Также внушает беспокойство неудача Бонна при пересмотре старого закона, который уже укоренился в этничности. В рамках существующей системы, турецкий рабочий по найму, который прожил в Германии 30 лет и говорит бегло на немецком, не сможет получить гражданство автоматически, в то время как русскоговорящий иммигрант, который может доказать, что имеет немецкие корни, обладает такой привилегией. [ 509 ]

Розенталь сравнивает современную немецкую иммиграционную политику с политикой нацистов. А разве израильское иммиграционное законодательство отличается?



Категория: Duke | Добавил: Bruder (01.11.2008)
Просмотров: 928 | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Каталог+поисковая система Русский Топ

Каталог Ресурсов Интернет ПетербургПетербург