Наше меню

Поиск

Разделы новостей

Duke [36]
Ford [19]
All [33]
Sion [72]

Друзья сайта

Главная » Статьи » In » Ford

f..14
XVI. ОТНОШЕНИЕ ЕВРЕЙСКОГО ВОПРОСА К СЕЛЬСКОМУ ХОЗЯЙСТВУ
 
       Еврейское земельное ростовщичество знакомо всем, но «земельная программа» евреев этим не ограничивается. Вследствие еврейской спекуляции с недвижимостями, характер американских городов за последние 15 лет совершенно изменился. Теперь установлено, что имевшее недавно место в восточных городах Америки неслыханное и ростовщическое повышение наемной платы за помещения по большей части является делом рук еврейских домовладельцев. Губернатор одного из важнейших наших штатов колебался издать распоряжение, регулирующее наемную плату за помещения. Его колебания объяснялись сильным давлением со стороны могущественных еврейских интересов того штата, которым он управлял, а также соседних. В конце концов, он все же решился под давлением своих чиновников и личного расследования подписать такое распоряжение и дать ему силу закона. Оказалось, что в большинстве случаев среди еврейских домовладельцев процветает обычай один и тот же земельный участок фиктивно передавать по порядку всем членам данной семьи, при чем всякая перемена владельца влекла за собой увеличение наемной платы. Люди начинают прозревать в еврейском вопросе, благодаря самым различным причинам. Только что рассказанный случай заставил прозреть губернатора. Однако описанный прием еще не является чисто еврейской особенностью: и нееврейские домовладельцы, случается, прибегают к той же увертке. Но домовладение в целом является еврейской вотчиной. Еврей — главный домовладелец в Америке. Все арендаторы и квартиронаниматели в Америке, кроме живущих на Западе, могут это подтвердить.
       Домовладение само по себе, конечно, не представляет собой ничего достойного порицания, при том условии, что оно не принимает антиобщественного или антинационального характера. Но тут-то и загвоздка: многие старейшие и достойные восточные штаты, представлявшие собой центры подлинного американизма, совершенно утратили свое настоящее лицо, благодаря наводнению их не иностранцами, а именно евреями.
       Чем больше узнаешь про это наводнение, тем больше перестаешь доверят цифрам о количестве еврейского народонаселения в Соединенных Штатах, которые публикуются самыми евреями.
       Знает ли кто-нибудь, что единственная национальность, от которой правительство Соединенных Штатов не в состоянии получить статистических данных о количестве эмигрантов и об их доходах, есть еврейская? И знает ли кто-нибудь, что правительство Соединенных Штатов, в тех случаях, когда оно желает иметь какие-либо данные о евреях, должно обращаться за ними к статистическим учреждениям, обслуживающим только самих евреев?
       Если какая-либо нация утверждает, — как это делают евреи, — что она не является особой нацией и не имеет собственной национальной статистики, которую по требованию правительства могла бы предъявлять в должностном порядке, то почему же тогда она одновременно с этим держит себя, как особая нация и ведет свою собственную регистрацию? На самом деле евреи Соединенных Штатов, как и евреи всех европейских государств, представляют собой особую нацию, с собственным правительством, политикой и должностным аппаратом, и нет сомнения в том, что Правительство Соединенных Штатов сносится с еврейским правительством в Америке через особо выбранных евреев. Беглый взгляд на быструю утрату многими американскими городами во всех частях страны своей физиономии приводит к убеждению, что еврейская статистика, издаваемая евреями для ознакомления неевреев, содержит совершенно ложные данные. Это убеждение подтверждается еще и тем, что еврейская статистика, которая предназначается для еврейских целей, сильно отличается от той, которая предназначается для нееврейского мира. Предпочтение, оказываемое евреями домовладению, объясняется склонностью их к спекуляции, а всем известно, что владение недвижимостью превратилось в главнейший предмет спекуляции несмотря на то, что такого рода спекуляция сама по себе достойна порицания и постыдна. Трудно, конечно, осуждать евреев за то, что они делаются домовладельцами. Равным образом трудно относиться к ним с большей строгостью за те злоупотребления, которые они делали в это области, чем к их нееврейским подражателям. И все-таки, чисто американским горем надо признать тот факт, что города, на которые наша молодежь, по учебникам, привыкла смотреть, как на священные очаги свободы и как на твердые оплоты американизма, в финансовом отношении превращаются в семитские города и в места рекрутирования слуг для мирового большевизма.
       До последнего времени еврей в Америке не интересовался негородской землей, что является весьма показательным: еврей не земледелец. Большие суммы пошли на то, чтобы сделать его таковым, но продуктивное сельское хозяйство его никогда не прельщало и не прельщает, и а настоящее время он ценит владение землей лишь поскольку она является золотоносной или может давать большую ренту. Земля сама по себе, как производительница картофеля или пшеницы, его никогда не интересовала. Правда, в таких странах, как Польша и Румыния, земельный вопрос был по преимуществу вопросом еврейским. Но все законы, запрещавшие евреям владение землей в этих странах, не могли прекратить эксплуатацию ими целых провинций. И это не потому, что евреи желали арендовать землю: они предпочитали взять в аренду самих арендаторов. Путем различных обходов и при посредстве подставных лиц из неевреев, они сумели получить возможность распоряжаться землей и этим путем господствовать над крестьянином, создавая, таким образом, нужную для себя обстановку. Вот каков в этих странах еврейский план: приобретение земли не для сельскохозяйственных целей, а для того, чтобы в земледельческих странах наложить руку на главный источник их благосостояния и разлучить массы с их местными природными вождями.
       В странах, где существует умственная и землевладельческая аристократия, в которой народ видит своих вождей, программа еврейства всегда преследовала двоякую цель: устранить вождей путем захвата земли. Это прежде всего выгодно. Однако, при внимательном изучении этого плана можно всегда обнаружить нечто большее, чем простая выгода. Тонкость еврейского плана господства над миром заключается в том, что приведение его в исполнение не всегда требует жертв, подобно обычным человеческим планам, а, напротив, с каждой ступенью исполнения получается громадная выгода. Чем больше, таким образом, реальный успех плана, тем больше усиливается жажда достигнуть цели.
       В Америке, при завоевании евреями страны, аристократии, которую нужно было бы устранить, не существовало вовсе. Поэтому еврейская деятельность в Соединенных Штатах до самого последнего времени ограничивалась контролем над произведениями почвы после жатвы: говоря другими словами, еврейские интересы направлены не на охоту по живому зверю, а на торговлю его мехом.
       Раз мы заговорили о мехах, то нельзя не вспомнить, как иногда причудливо складываются обстоятельства: во время войны придавалось большое значение тому, что немцы являются хозяевами американской пушной торговли. Действительно, торговлей мехами немцы распоряжались из Германии, но распоряжались ею не немцы, а евреи. И вот были приложены огромные старания к тому, чтобы захватить это «немецкое» предприятие, отчуждить его и передать американцам. И что же! Американцы, которые купили эти предприятия, оказались тоже евреями! Истинные основы собственности остались без перемены и доходы по прежнему нашли все ту же дорогу в карман «международных».
       Но меха представляют собой лишь пример. Возьмем другой. Еврейский интерес не направлен на то, чтобы самому собирать жатву, но на то, чтобы вести торговлю зерном. В чем действительно очень нуждаются Соединенные Штаты, так это в указателе «еврейских финансистов», в котором народ мог бы справиться и прочесть: такой-то имярек устроил массовую скупку зерна, а такой-то вызвал хлебные «хвосты». Такого рода финансисты, которые присвоили себе благосостояние, созданное американцами, и требуют теперь от потребителя только одного: «плати, плати и вновь плати!», при полной неосведомленности американского читателя газет получили возможность свободно и открыто добиться своего. Ибо, если американские газеты добросовестно сообщают, что один — итальянец, другой — поляк, а третий — британец, то они никогда не напечатают, что четвертый — еврей.
       В каждом большом или малом городе существует еврейская организация, которая препятствует свободному обороту сельских продуктов, при чем делается это путем насилия, которое роет могилу американскому идеалу свободы.
       До недавнего времени в Соединенных Штатах существовал для этого очень простой способ, а именно перехватывать товары как раз на пути, в момент перехода их от производителя к потребителю, т. е. тогда, когда из них можно выжать наибольшую прибыль и этим путем сделаться их хозяином. Народ платил не за полезную и необходимую услугу, а за совершенно ненужный захват товаров посредниками. Теперь появился новый способ наживы в Соединенных Штатах. Еврейские миллионы идут на приобретение огромных американских земельных пространств. Прежде довольствовались «контролем» хлопка, подобно тому, как контролировали хлеб насущный; теперь же появилось стремление приобретать самые земли, производящие хлопок. Эти сделки они тщательно облекают большой таинственностью и выставляют на вид почти исключительно подставных лиц из неевреев. Но тот, кто будет иметь терпение проследить сделку по всем ее путаным и сложным следам до конца, тот непременно в конце концов дойдет до интернационального еврея, престол которого находится в Лондоне.
       Многие евреи обращались с письмами в «Dearborn Independent», в которых говорили, что им ровно ничего неизвестно о всех этих планах мирового господства еврейской расы. В этом можно им вполне поверить. Цель настоящей книги, между прочим, в том, чтобы самих евреев ознакомить с ними. Но все же не подлежит сомнению, что каждый еврей испытывает известное удовлетворение, узнавая об успехах своего народа на пути к могуществу. Международный еврей твердо уверен в этом и так как это чувство удовлетворения существует везде, то международной программе обеспечена в большей степени удача, опасность же неудачи сводится к минимуму. Государственная форта управления еврейства не есть народоправство, но господство произвола. Конечно, средний еврей ничего об этом не знает. Но почему он, в таком случае, ругает нееврея, который хочет его с этим познакомить? Если еврей умышленно не будет отворачиваться от положений, изложенных в этой книге, то он в самом себе найдет достаточно материала, подтверждающего в главнейшем их правильность, а это, несомненно, даст ему возможность принять участие в общей работе разрешения еврейского вопроса.
       Не без удивления редакция «Dearborn Independent» читала перепечатку некоторых своих статей в других изданиях, недоумевая, как некоторые люди понимают свои редакторские обязанности. Под видом переводов, главным образом, на еврейский язык, статьи эти в большом количестве распространялись среди евреев, неговорящих по-английски, причем переводы эти не только не совпадали с оригиналом, но фактически содержали целые фразы, которых в оригинале вовсе и не было. Неужели боятся, что еврейский обыватель прочтет эти статьи?
       Лица, желающие создать почву для решения еврейского вопроса в Америке, ничего большего не желают, как чтобы каждый еврей в Соединенных Штатах хорошо ознакомился с настоящими статьями, ибо евреи достаточно долго обманывались своими вождями.
       Итак существует ясное и уже в сильной мере удавшееся еврейское стремление забрать в свои руки земли Соединенных Штатов, производящие хлопок. Первый шаг в этом направлении заключался в том, чтобы насколько возможно понизить рыночную цену таких угодий. Давление для достижения этой цели производилось некоторыми банками, сократившими кредиты хлопководам. Им говорили, что в случае, если они будут расширять культуру хлопка, кредит будет им совершенно закрыт. Требовалось понизить производство хлопка для того, чтобы цена на него поднялась; пользу от такой комбинации получали не фермеры, а те лица, которые имели в своих руках хлопок от момента появления его на рынке до поступления его к потребителю. Доходность хлопководства таким путем была понижена, тогда как спекуляция с хлопком сделалась в той же пропорции более выгодной. Публика должна была нести свои деньги еврейским хозяевам рынка для того, чтобы они могли купить на них земли. Словом, в результате получилось, что продавать хлопководные земли стало более выгодным, чем самый хлопок.
       Мы намеренно ограничиваемся констатированием фактов, касающихся торговли хлопководными землями. Еврейские финансисты в Нью-Йорке и в Лондоне очень хорошо это понимают, даже если бы еврейские издатели газет и раввины на самом деле об этом ничего не знали. Об этом процессе известные слои деловых людей знали уже давно, а некоторые из них должны были даже оказать ему известное содействие, под давлением, как принято говорить, создавшейся обстановки. Но они не могли еще понять его значения. Лишь недавно более значительные нееврейские коммерсанты Соединенных Штатов уяснили себе значение этих фактов. Война сильно способствовала тому, чтобы они прозрели.
       Странные документы, известные под именем «Протоколов», со своим учением о зажатии в крепкие тиски всех жизненных элементов государства не забыли о земле и почве. Земельная программа изложена в 6 Протоколе, одном из самых кратких, который мы приводим ниже целиком, для того, чтобы показать его отношение к сказанному нами выше.
       Протокол 6: «Мы скоро начнем созидать могущественные монополии, гигантские резервуары богатств, от которых в известной степени будут находиться в зависимости даже самые большие состояния неверных, так что все они, на следующий день после наступления политической катастрофы, потерпят такое же крушение, как и государственный кредит. Присутствующие здесь экономисты должны тщательно взвесить важность этого плана. Мы должны всеми силами стараться дать правильное освещение значения нашего верховного правительства и представить его, как защитника и благодетеля всех тех, которые добровольно нам подчинятся.
       Аристократия неверных, как политическая сила, не существует больше. В этом отношении считаться с ней нам не нужно. Но за то она нам мешает в ее роли землевладельцев, потому что благодаря владению землей она является независимой в средствах к жизни; по этой причине мы должны во что бы то ни стало лишить ее владения землей. Лучшим средством для этого является увеличение налогов и ипотечная задолженность. Этими мерами землевладение будет поставлено в зависимое положение. Будучи не в состоянии вести подобающий образ жизни на слишком незначительные наследства, аристократы неверных исчезнут в непродолжительном времени.
       «Одновременно нужно всячески поощрять развитие торговли и промышленности, а рядом с этом, в особенности, спекуляции, как фактора, могущего служить противовесом самостоятельной промышленности. При отсутствии спекуляции промышленность могла бы благоприятствовать росту частного капитала и улучшению положения сельского хозяйства тем, что она освободила бы земельные недвижимости от задолженности земельным банкам. Наша же промышленность, напротив, должна оголить страну как в отношении рабочих, так и в отношении капиталов, И для того, чтобы совместно со спекуляцией сосредоточить деньги всего мира в наших руках и тем превратить неверных в пролетариат. В целях разрушения здоровых способов добывания средств к жизни неверных и в целях развития у них спекуляции, мы должны, в качестве приманки, развить в них любовь ко всякого рода роскоши. Мы принудим увеличить заработную плату; но эта плата не принесет пользы рабочим, ибо одновременно мы вызовем вздорожание всех необходимых для жизни предметов потребления под предлогом, что это является последствием упадка земледелия и скотоводства. Далее мы глубоко и искусственно подорвем источники производительного труда тем, что мы внушим рабочим анархические идеи и будем поощрять среди них алкоголизм. Вместе с тем, мы будем стараться изгнать из страны все духовные силы неверных».
       «Для того, чтобы истинное положение вещей не было понято неверными преждевременно, мы замаскируем его притворным старанием на пользу улучшения быта рабочих классов и разовьем борьбу на почве великих экономических принципов, во имя которой наши теоретики экономисты будут вести оживленную пропаганду».
       Но программа на этом не останавливается, она идет дальше. Еврейство оставит неприкосновенными и монархов, пока они ему будут нужны. Так, по всей вероятности, британский престол будет последним в порядке  упразднения монархий. Ибо, если с одной стороны самосознание англичан чувствует себя польщенным быть защитником еврейства и благодаря этому быть участником благодати, которая отсюда проистекает, то, с другой стороны, по еврейским понятиям это обстоятельство создает весьма благоприятную обстановку для того, чтобы использовать эту мировую державу для еврейских целей. Рука руку моет и это товарищество будет продолжаться до тех пор, пока Иуда не будет готов опрокинуть Британию, что он может сделать почти в любой момент. Существуют признаки того, что он даже готовится к исполнению этой последней задачи.
       Основными и постоянными элементами в Протоколах являются земля и недвижимая собственность, евреи и неевреи.
       Наше утверждение, что неевреи составляют неустранимый элемент еврейского плана, требует некоторого пояснения. Протоколы не имеют в виду истребить неевреев или обратить мир в место, населенное исключительно одними евреями; они только стремятся к тому, чтобы существовал мир неевреев, управляемый евреями. Евреи в качестве господ, а неевреи в качестве дровосеков и водоносов, — это политика, знакомая каждому читателю Ветхого Завета, как типично еврейская, которая в свою очередь постоянно была причиной Божьего суда над Израилем. Она осталась таковой и поныне.
       Займемся теперь чисто земельной программой. «Землевладельцы нам в тягость постольку, поскольку они, как таковые, обладают независимыми средствами к жизни». Вот основное положение Протоколов. Безразлично, будут ли земельными собственниками нееврейская аристократия, польский мужик или североамериканский фермер, — землевладение само по себе делает человека независимым, а всякое проявление независимости в неевреях является препятствием для победы мировой еврейской программы, которая в мире фактов обстоятельно подвигается к своему осуществлению.
       Не сельскими хозяевами и поселянами, не арендаторами и землевладельцами, как таковыми, заняты Протоколы: все внимание их. обращено на земельных собственников, как на класс, независимый в добывании средств к жизни. В Соединенных Штатах еще не было такого момента, как настоящий, когда по всем данным фермер, казалось бы, легче, чем когда-либо, мог владеть землей вполне самостоятельно. Ипотечный кредит растет до легендарных размеров, и в наше время везде можно слышать разговоры о том, что фермеры «сделались богатыми».
       И что же? Никогда еще не было стольких покинутых своими хозяевами ферм, как в настоящее время. «Этим путем мы должны, во всяком случае, лишить их земельной собственности». Но каким же путем? «Лучшим средством для этого служат налоги и ипотечная задолженность». Высокие налоги при заключении земельных сделок и необходимость занимать деньги для обработки земли. «Эти мероприятия непременно поставят землевладение в зависимое положение». Хотелось бы узнать от фермеров Соединенных Штатов, подвигается ли этот процесс вперед или нет. Затем следует установить тот факт, что при всяких попытках предоставить фермерам деньги за умеренный процент или облегчить ипотечную задолженность в это вмешивается еврейское финансовое влияние с целью этому воспрепятствовать, а когда это не удается, то, по возможности, хотя бы затруднить эти начинания.
       Благодаря увеличению финансовых затруднений для фермеров с одной стороны и притягательной силы промышленности с другой, большая часть замысла уже исполнена. В Протоколе это выражено следующим образом: «Промышленность должна оголить сельские земли от рабочих и капитала». Случилось ли это, вот вопрос? В Соединенных Штатах не подлежит сомнению, что да. Фермеру достать деньги труднее, чем кому бы то ни было, и рабочих он получить вообще не может. Какой же результат получается от этих фактов, из которых один бьет по сельскому хозяйству, а другой по народу? Как раз тот, к которому стремились Протоколы: увеличенная заработная плата, при более низкой покупной способности: «Одновременно мы вызовем рост цен на все необходимые для жизни предметы под тем предлогом, что этот рост вызван упадком земледелия и скотоводства».
       Еврей, который составил эти Протоколы, был первоклассный финансист, экономист и философ. Он знал свой предмет. Еврейская деятельность в промышленной жизни доказывает, что хотеть значит мочь. Как целесообразно действовал этот 6 Протокол на глазах у всех, кто не был слеп, и как продолжает он действовать во всех отраслях человеческих начинаний и деятельности!
       Фермеры Соединенных Штатов начали самым успешным образом делаться вполне независимыми от финансовых сил. Большое преимущество фермера заключается в том, что он независим в своих жизненных потребностях. Земля его питает и ему безразлично, нравится ли он еврейским международным финансистам или нет. Его положение непоколебимо, пока солнце светит и времена года чередуются. Поэтому его врагам было необходимо вызвать что-то, что поколебало бы эту цветущую независимость. Фермеру начали делать затруднения в кредите больше, чем кому-либо другому. Рабочих переманили из сельских местностей в города. Занятие земледелием было объявлено «отсталым» и «скаредным», так что сыновья начали стыдиться работы своих отцов. При этом, хлебные синдикаты, которые работали против фермеров, находятся под еврейским руководством. Если сравнить то, что в настоящее время происходит в сельском хозяйстве, с тем, что написано об этом в Протоколах, то нужно признать, что для фермеров Соединенных Штатов настало время проявить интерес к этому вопросу.
       Всякий, кто серьезно стремится просветить неевреев в отношении еврейского вопроса, очень часто сталкивается с фактом, что объем заговора, описанного в Протоколах, так велик, что самая обширность задуманного туманит способность понимания неевреев. В нееврее нет материала заговорщика. Он не способен следить долгое время за путеводной нитью по темным и сбивчивым дорогам. Строго разработанное совершенство еврейской программы и тяжесть подробностей утомляет его дух.
       В этом обстоятельстве кроется больше опасности, что программа исполнится, чем в смелости самой программы.
       Духовная тяжеловесность неевреев есть самый сильный союзник еврейской мировой программы.
       Нееврей обыкновенно поступает так или иначе по одной причине. Еврей делает очень часто то же самое по трем или четырем различным причинам. Нееврей еще может понять, почему еврейские финансисты стремятся захватить в свои руки землю с целью помешать самостоятельности сельского хозяйства, которая им может быть в тягость. Эта причина вполне ясна. Но есть еще и вторая причина. Ее можно найти в 12 Протоколе. Он имеет в виду в том большом действе, которое ныне происходит, поставить на карту друг против друга город и деревню. Полнейшее господство над городом при посредстве промышленного рычага, а над деревней при посредстве рычага задолженности. Это дает невидимому игроку возможность то нашептывать деревне, что город ставит самые невозможные требования, то волновать городских жителей слухами о непомерных мужицких вожделениях. Таким путем разрушается естественная связь между деревней и городом и один натравливается на другого.
       Обратите только внимание на ясность и смелость и вместе на ту уверенность, с какой план задуман: «Наши расчеты идут далеко, в особенности в сельских округах. Там мы должны вызвать и усилить такие интересы и стремления, которые идут против городов, а вызвав, выставить их перед горожанами, как честолюбивые стремления, имеющие целью сепаратизм провинции. Естественно, что источник всего этого будет один и тот же: он исходит от нас. До тех пор, пока мы не достигнем полного господства, мы должны так вести дела, чтобы город от времени до времени чувствовал угрозу от якобы властолюбивых вожделений деревни. Эти властолюбивые вожделения опять-таки явятся делом рук наших агентов».
       Пролог, таким образом, здесь описан. Путем лжи натравить друг на друга город и деревню, с целью дать возможность заговорщикам выяснить, кто из двух окажется более пригодным помочь осуществлению еврейского плана. В России было испробовано и то и другое. Старый режим, который еще господствовал в городах, склонили сложить свою власть под предлогом, что этого желает крестьянская масса. Когда же большевики захватили города в свои руки, они подчинили себе крестьян, утверждая, что такова воля городов. Города послушались деревни, а теперь деревня повинуется городам.
       Тот, кому придется натолкнуться на попытку разделить город и деревню на два враждебные лагеря, пусть вспомнит приведенное место из 12 Протокола. Яд уже действует. Разве мы у себя не слышим рассказы о том, что запрещение спиртных напитков было навязано сельско-хозяйственным округам? Разве не слышим мы постоянно, что вздорожание жизни зависит от чрезмерных барышей фермеров, которых, между прочим, они никогда не имели?
       Большую брешь можно было бы пробить в этой программе мирового господства, если бы горожане и сельские жители сделали попытку сблизиться между собою не при посредстве самозванных третьих лиц, а прямым  путем. Город и деревня, благодаря искусственно создаваемым недоразумениям, разошлись, и из этой трещины, делающейся все более и более глубокой, выглядывает призрак еврейской мировой программы.
       Хорошо было бы, если бы фермер, через головы подставных, людей из неевреев и поверх крупных торговых пунктов, направил бы свои взоры на главных виновников, находящихся на заднем плане.





Категория: Ford | Добавил: Bruder (02.11.2008)
Просмотров: 932 | Комментарии: 3 | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Каталог+поисковая система Русский Топ

Каталог Ресурсов Интернет ПетербургПетербург