Наше меню

Поиск

Разделы новостей

Duke [36]
Ford [19]
All [33]
Sion [72]

Друзья сайта

Главная » Статьи » In » Sion

s10


Глава 13
ОГРАДА ВОКРУГ ЗАКОНА

 
        История Сиона может быть подразделена на пять периодов: на эпохи левитов, фарисеев, талмудистов, промежуточный эпизод «Эмансипации» и эпоху сионистов.
        Наша повесть достигла теперь третьего периода. Первая эпоха левитов включала в себя историю изолированной Иудеи, вавилонского «плена» и «возвращения», а также создания «Моисеева Закона», навязанного иудеям силой. Второй фарисейский период более или менее совпал с римским управлением завоеванной Иудеей, закончившись вторым разрушением Иерусалима и рассеянием последних иудеев, причем фарисеи достигли полноты власти, а их «правительство» переселилось в новый центр в Ямнии.
        Третий, талмудистский период, был самым долгим и продолжался семнадцать столетий, от 70 г. по Р.Х. до, примерно, 1800 г. по Р.Х. В эту эпоху большое число евреев переселилось на Запад, в то время как их «правительство», несколько раз меняя свое местопребывания, цепко держало рассеянных по разным странам единоверцев под своим контролем, в подчинении у «Закона» и в строгом отделении от других народов. Поскольку это также была эпоха развития западной культуры и торжества христианства, то неизбежно, что именно они стали главной мишенью для нападок со стороны разрушительных предписаний иудейского «закона», в отличие от прежних «язычников», «чужих» или «других богов».
        Для людей Запада это был продолжительный и важнейший период их истории; для правящей иудейской секты и ее последователей он был столь же маловажным как и время вавилонского плена. То, что один период длился семнадцать столетий, а другой — всего лишь пятьдесят лет, не имело в их глазах значения: в оба эти периода избранный народ находился в «изгнании», а согласно представлениям их «закона», это изгнание будь оно долгим или кратким, должно было закончиться катастрофой для тех, кто держал евреев в «плену», еврейским триумфом и их новым «возвращением».
        Для правоверного сиониста, как Кастейн, семнадцать веков расцвета христианской культуры и цивилизации — пустая страничка истории; одно только «преследование евреев» заслуживает в эту эпоху внимания, все остальное — ничего не значащие пустяки: Иегова использовал в этот период язычников для наказания евреев, одновременно готовя торжество избранного народа: «а за то, что язычники сделали, они еще заплатят», — пишет Кастейн. Для него единственным достижением семнадцати веков человеческой истории было то, что евреи, благодаря своим мудрым талмудистским правителям, смогли в эту эпоху сохранить свою полную обособленность от других народов.
        Бесспорно это было немалым достижением; ничто в истории не может сравниться с тем вредом, который принес человечеству этот успех сионских мудрецов. Их Талмуд оказался надежной «оградой вокруг закона» и смог семнадцать столетий успешно противостоять действию центробежных сил, вовлекавших евреев в общечеловеческий поток жизни.
        Пока талмудисты укрепляли свои ограды, принявшие христианство европейцы непрерывно трудились, обогащая свою жизнь его моральными ценностями, уничтожив рабство и крепостничество, устранив неравенство и привилегии, и возвысив достоинство человека. Это был процесс «эмансипации» человечества, который к началу 19-го века восторжествовал над кастовой системой абсолютизма.
        Евреи, под руководством своих талмудистских вождей, играли в борьбе за эту эмансипацию ведущую роль. Само по себе, это казалось естественным, поскольку для всех христиан, с самого начала, смысл эмансипации был в обретении свободы всеми людьми, вне зависимости от расы, класса или веры. В этом была сама суть борьбы: иное или меньшее лишило бы борьбу всякого смысла.
        Тем не менее налицо был явный парадокс, часто смущавший и тревоживший народы, среди которых жили евреи. Их «закон» провозглашал теорию господствующей расы в самой непримиримой и враждебной форме, какую только могло представить себе человеческое воображение. Как же могли евреи нападать на национальное самосознание других народов? Как могли евреи добиваться уничтожения всех барьеров между людьми, в то время как они сами воздвигли еще более высокие барьеры между собой и всеми остальными? И, с другой стороны, если по их истории Бог создал мир специально для их господства, запретив им смешиваться с «низменными» созданиями, то как могли они жаловаться на дискриминацию?
        События последних ста пятидесяти лет дали ясные ответы на эти вопросы. Евреи хотя и боролись за эмансипацию, но их целью в этой борьбе вовсе не была великая идея человеческой свободы, поскольку иудейский «закон» принципиально эту идею отвергал.
        Правители еврейства стремились не к свободе, а к власти над другими народами, и они ясно видели, что для достижения этой власти нужно уничтожить их законные правительства, а самым верным путем к этому был лозунг эмансипации.
        Таким образом т.н. эмансипация открыла двери для непрерывного вмешательства революционных сил в жизнь народов, разрушив законное правительство, революционеры должны были придти к власти, являясь, в свою очередь, ставленниками талмудистов и действуя по их указаниям и под их контролем. Тем самым должен был быть осуществлен Моисеев Закон, а Западу уготован конец Вавилона.
        События 20-го века ясно показывают, что именно над этим планом работали талмудистские старейшины в продолжении всего третьего периода истории Сиона, т.е. с 70 по 1800 г.г. по Р.Х. Слово «эмансипация» означало совершенно различные вещи для христианских народов Европы, среди которых жили евреи, и для талмудистских вождей еврейства. Для народных масс эмансипация была концом неравенства и закрепощения; для могущественной секты она была только началом, средством для достижения совершенно противоположной цели: наложения на людей оков нового, еще более жестокого рабства.
        В этом предприятии таилась серьезная опасность. С уничтожением барьеров между людьми мог быть уничтожен барьер между евреями и другими народами; это свело бы на нет все планы талмудистов, уничтожив силу, которую нужно было сохранить для разрушения других народов с помощью «эмансипации».
        Это почти и произошло в четвертом периоде истории Сиона: столетие эмансипации (1800-1900 по Р.Х.) принесло с собой угрозу «ассимиляции». В столетие «свободы» многие евреи и в Западной Европе, и в Новом Свете за океаном пытались сбросить цепи иудейского «закона» и влиться в жизнь других народов. Именно поэтому сионистский историк Кастейн считает девятнадцатое столетие темнейшим периодом еврейской истории; грозила смертельная опасность, что евреи смогут принять участие в общечеловеческой истории, но к счастью — для Кастейна — эту опасность удалось предотвратить. С нескрываемым ужасом он рассуждает о том, как ассимиляция могла бы разрушить защитные барьеры иудейской расы и веры. Эмансипационное движение среди евреев 19-го века для него глубоко ретроградно, и он благодарит Бога за то, что «сионистская идеология» спасла евреев от ассимиляции.
        Следующий, пятый период истории еврейства начался на переломе 20-века, и в нем мы живем в настоящий момент. Ограды талмудистского закона смогли устоять, и к концу четвертого периода своей истории евреи, полностью «эмансипированные» в понятии «3апада», в действительности продолжали оставаться обособленными от всех остальных под охраной собственного закона. Кто пытался освободиться в сторону «ассимиляции», загонялись обратно в племенную ограниченность мистическими силами еврейского национализма.
        С помощью эмансипации правящей еврейской секте удалось достичь власти над нееврейскими правительствами и добиться второго «возвращения» в обетованную землю. Этим был восстановлен Закон 458 г. до Р.Х., с его миссией разрушения других народов и господства над ними. В вены мирового еврейства был влит яд шовинизма и действие этого яда будет с течением времени усиливаться. Власть секты над правительствами Запада была умело использована для достижения намеченной цели. И весь мучительный процесс современного разрушения Запада — результат честолюбивых замыслов Сиона, возрожденных из древности и ставших в 20-ом веке мерилом западной политики.
        К моменту написания этой книги пятый период еврейской истории длится всего полвека (рукопись была закончена в 1956 г. — прим. перев.), но достигнутые результаты оказались весьма внушительными. «Моисеев Закон» навязан западным народам и они фактически живут под его контролем; правит он, а не их собственные законы. Политическим и военным операциям двух мировых войн было придано направление, служившее сионистским амбициям, а миллионы погибших и все богатства Запада пошли им на пользу.
        Сорок лет непрерывного кровопролития в Палестине — только начало. Третья мировая война в любой момент может начаться там и распространиться на весь мир, но даже если она началась бы в другой части земного шара, она неизбежно служила бы честолюбию Сиона, которое не будет окончательно удовлетворено до тех пор, пока евреями не будет завоевана гораздо более обширная территория на Ближнем Востоке, не будут низвержены «другие боги» и порабощены «все народы».
        Кастейн видит в этом пятом периоде еврейства его золотой век, в котором «будет восстановлен ход истории», по прошествии и ликвидации маловажного и не имеющего исторического смысла промежутка, известного как христианская эра, а сионизм, преступно лишенный, по его мнению, в 70 г. по Р.Х. предназначенного ему мирового господства, преодолеет этот «перерыв» в истории и вступит в законные права наследства.
        Пока что, однако, наша повесть достигла третьего и самого продолжительного из всех пяти периодов истории еврейства: в этом периоде талмудистские Книжники в Ямнии с беспримерным старанием расширяли паутину «закона» с его бесконечными разветвлениями, из которых ни один еврей не мог больше вырваться без весьма печальных для себя последствий. Таким путем было достигнуто нечто почти невозможное: в течение 17-ти веков рассеянный по всему миру народ был воспитан в изоляции от остального человечества и подготовлен для своей разрушительной миссии в 20-ом веке христианской эры.
        Мы переходим теперь к более близкому рассмотрению этого любопытного периода подготовки и организации, в ходе которого была построена «ограда» вокруг иудейского закона, чтобы никакая «свобода» не могла совратить избранный народ или притупить его разрушительную силу.
 
 
 
Глава 14
КОЧУЮЩЕЕ ПРАВИТЕЛЬСТВО

 
        Фарисейские старейшины, переселившиеся в Ямнию еще до разрушения Иерусалима в 70 г. по Р.Х., ставили себе целью, как в свое время левиты в Вавилоне, установить новый центр власти и контроля, чтобы держать в повиновении рассеянную теперь по всему миру организацию. Они привезли с собой богатый опыт из Иерусалима и Вавилона, вместе с накопленными вековыми тайнами управления, и образовали своего рода кочующее правительство, которое с тех пор и до сегодняшнего дня осуществляет власть над евреями.
        Еще накануне последних сражений с римлянами, пишет Кастейн, «...группа учителей, ученых и воспитателей переправилась в Ямнию, возложив на свои плечи судьбу целого народа и приняв ответственность за нее в последующие века... в Ямнии были созданы центральные органы управления еврейского народа... Как правило нация, разгромленная так жестоко как еврейская, должна была погибнуть. Но еврейский народ не погиб... он уже раньше, во времена вавилонского плена, научился приспособляться к обстоятельствам... и он пошел этим путем и на сей раз».
        Древний Синедрион, источник законодательной, административной и юридической власти, был восстановлен в Ямнии под другим названием. Сверх того была создана Академия для дальнейшей разработки Закона. Книжники и здесь продолжали далее распознавать мысли Иеговы, трудясь над толкованием закона, уже столько раз якобы облеченного в окончательную форму. Поскольку, согласно иудейским догматам, Закон должен был регулировать все без исключения отправления человеческой жизни в постоянно изменяющихся условиях, он, естественно, никогда не мог, и не может до сих пор, быть закончен и должен постоянно дополняться.
        Кроме этой постоянной необходимости пересмотра Закона, возник еще новый фактор, христианство, и нужно было определить отношение к нему Закона. Так прежний закон, т.е. Тора, получил обширное дополнение в виде Талмуда, вскоре приобретшего равный и даже еще больший авторитет.
        Закон, исходивший из Ямнии, «воздвиг непреодолимый барьер против внешнего мира», принудил к подчинению «смертельно строгой» дисциплине и держал новообращенных в должном почтении. Целью всего этого было сделать жизнь евреев совершенно отличной от жизни других народов. Любой закон, решенный в Синедрионе большинством голосов, становился обязательным для иудейских общин в рассеянии; «неподчинение наказывалось отлучением, что полностью исключало провинившегося из общины». Так был «окончательно установлен центр этого круга, и сам круг в виде закона, обнесенного стеной вокруг управляемого им народа».
        Во время этого же периода (до того, как христианство стало официальной религией Рима) «центр» в Ямнии издал секретный указ, разрешавший евреям приспосабливаться к обстоятельствам и, в случае нужды, переходить в «языческие религии», для вида отказываясь от своей веры.
        Управление из Ямнии длилось около столетия, после чего центр переехал в Ушу в Галилее, где снова был восстановлен Синедрион. «Иудаизм обосабливался, все сильнее оттачивая свои особые черты». В это же время была выработана специальная формула проклятия для еврейских христиан. В 320 г. по Р.Х. римский император Константин принял христианство, издав законы, воспрещавшие браки между христианами и евреями и запрещавшие евреям держать рабов — христиан. Эта естественная реакция на расовую дискриминацию и «рабовладение инородцами», предписывавшиеся талмудистским правительством в Уше, была, разумеется, тут же объявлена новым «преследованием», и, чтобы избежать его, центр вновь переселился назад в Вавилон, где еще жила иудейская колония, которая 800 лет назад предпочла остаться там, не пожелав переселяться в Иерусалим.
        Талмудистское правительство обосновалось в Суре, а Академия переселилась в Пумбедиту. Талмуд, начатый В Ямнии и Уше, был закончен в Суре и Пумбедите. Евреи, где бы они ни жили, «были окружены кольцом громадных размеров и колоссальной эластичности»; мистический круг страха и предрассудков стягивался все туже и туже.
        В Суре правил т.н. Экзиларх, князь плена из дома Давида, однако со временем он превратился всего лишь в символическую личность. После этого, т.н. президент Академии, фактически первосвященник и премьер-министр, «устанавливал правила и предписания не для одних только вавилонских евреев, но и для всего еврейства. Евреи всего мира признавали вавилонские Академии своим верховным центром и считали обязательными для себя все издаваемые ими «законы». Так были закабалены и подчинены власти талмудистов в Вавилоне эти нации внутри наций и государства в государствах.
        Суть догмы оставалась той же, как ее создали и навязали своему народу еще Иезекииль, Ездра и Неемия, но теперь Талмуд сменил Тору, как Тора в свое время сменила «устное предание». Руководители Академий в Суре и Пумбедите назывались «гаонами» и начали осуществлять полную власть над рассеянными по всему миру евреями. Призрачные экзилархи, впоследствии именовавшиеся «назимами» или князьями, назначались или утверждались ими, а Синедрион вынужден был передать им свои полномочия, или же был их лишен. Если где-либо среди мирового еврейства возникали сомнения насчет толкования или применения Закона в любом вопросе повседневной жизни, дело передавалось на рассмотрение Гаоната. В далеком Вавилоне от имени Иеговы выносились суждения и решения, так называемые «Ответы Гаоната», обязательные для всего мирового еврейства, и неподчинение им каралось отлучением.
        Талмудистское рабство нависло над рассеянным еврейством «как тесно сплетенная сеть.., над их праздниками и буднями, над их делами и молитвами, над всей их жизнью и каждым их шагом... в жизни еврея ничто не должно было происходить случайно или по его собственному решению». Это был абсолютный деспотизм, отличавшийся от других только расстоянием между деспотами и их подчиненными. В условиях благих намерений, сообщество, управляемое такими методами, может оказать благотворное влияние на жизнь окружающих его народов; при злых, разрушительных намерениях такая система внутри других народов действует как заряд динамита в скале, взрываемой с далекого расстояния.
        В продолжении шестисот лет талмудистское правительство в Ямнии, Уше и Суре оставалось в родных, восточных землях, где его характер был близок и понятен окружающему населению. Оно знало его и умело либо мириться с жестокой племенной доктриной, либо ей противостоять, если им не слишком мешали чужие власти: можно было найти компромисс для повседневного мирного существования.
        Затем произошло событие, результатом которого стали грозные потрясения нашего времени: талмудистское правительство переселилось в христианскую Европу, обосновавшись среди народов, для которых их догма и методы были не только чужды, но вообще непостижимы. Это привело, в ходе столетий, к постоянным столкновениям чуждой веры и амбиций с интересами местного населения, что продолжается и в наше время.
        Характеры обеих сторон были совершенно различны; люди Запада, (особенно в северных широтах) по своей природе прямодушны, они не скрывают своих целей и открыто говорят о своих планах, а христианство укрепило эти врожденные черты характера. Чуждая сила, пришедшая к ним, обладала прямо противоположными качествами: восточной утонченностью и заговорщической скрытностью; употребляя слова только для маскировки действительных целей. По сравнению с людьми Запада, это давало ей большие преимущества.
        Уход евреев в Европу был результатом завоеваний Ислама. Арабы под знаменем пророка изгнали римлян из Палестины, а власть в стране перешла в руки ее природных обитателей, живших там около 2000 лет до того, как в ней появились первые иудейские поселенцы. Владычество арабов продолжалось около 900 лет, до 1517 г., когда Палестину завоевали турки.
        Немалый интерес представляет сравнение того, как относились к пленным магометане и иудеи. Приказ калифа арабским завоевателям в 637 г. по Р.Х. гласил: «Вы не должны быть вероломными, нечестными или невоздержанными, не должны увечить пленных, убивать детей и стариков, рубить или сжигать пальмы или фруктовые деревья, убивать овец, коров иди верблюдов. Не трогайте тех, кто посвящает себя молитве в своей келье». Приказ «Иеговы», согласно Второзаконию 20, 16 говорит об ином: «А в городах сих народов, которых Господь Бог твой дает тебе во владение, не оставляй в живых ни одной души».
        Из Палестины ислам распространил свои владения на всю Северную Африку, и многочисленные евреи оказались под его властью. Затем арабы повернули против Европы и вторглись в Испанию, а с ними тень талмудистского сионизма нависла и над Западом. Как известно из истории, евреи «деньгами и людьми поддерживали» завоевания мавров. Они шли вслед за завоевателями, относившимися к ним чрезвычайно благосклонно, и город за городом передавался под контроль евреев. О евреях было сказано даже в Коране: «...их целью будет сеять на земле разлад», и армии ислама сильно помогли в достижении этой цели.
        Христианство в Испании ушло в подполье. Это создало благоприятные условия для талмудистов, и они перенесли свой центр из Вавилона в Испанию. Начался тот процесс, результаты которого мы переживаем в наше время, и Кастейн пишет: «Еврейство, будучи разбросано по лицу земли, все-таки стремилось создать фиктивное государство, взамен потерянного, и общий центр управления... Теперь было сочтено выгодным расположить этот центр в Испании, и сюда было перенесено с Востока национальное управление. Как в свое время, волей Провидения, Вавилон сменил Палестину, так сейчас Испания заняла место Вавилона, который не мог больше функционировать как центр иудаизма. Все, чему мог послужить Восток, уже было достигнуто. Там были выкованы цепи, которыми каждый мог привязать себя к Талмуду, чтобы не быть проглоченным окружающей средой».
        Заметим только, что люди редко по собственной воле связывают себя цепями, выкованными для них. Как бы то ни было, еврейский плен был столь же тесен, как и раньше, может быть даже еще теснее, но это было, разумеется, делом самих евреев.
        То, что еврейское правительство переселилось в Европу, стало для Запада фактом первостепенного значения. Разрушительная идея и управляющий ею центр вторглись теперь на континент. Талмудистское правительство еврейской нации внутри наций продолжало свою деятельность с испанской территории. Гаонат издавал свои декреты, талмудистская Академия обосновалась в Кордове; время от времени существовал даже Номинальный Экзиларх, правивший евреями.
        Все это делалось под защитой ислама. Мавры, как до них Вавилон и Персия, были весьма благосклонны к этой силе, жившей в их среде. Для испанцев облик завоевателя все больше и больше напоминал еврея, и все меньше и меньше мавра. Завоевателями были мавры, но власть перешла в еврейские руки. На глазах всего мира происходило одно и то же, сначала в Вавилоне, затем в Испании, а в последние столетия то же повторяется и в больших странах Запада.
        Господство мавров в Испании длилось почти 800 лет. Затем последовали освободительные войны, и когда в 1492 году Испания окончательно сбросила это долгое иго, то не только мавры, но и евреи были изгнаны. Их отождествляли с правлением чужеземцев, с которыми они прибыли в страну, и когда кончилось чужое господство, выгнали и евреев.
        «Центр» талмудистского правительства был после этого переведен в Польшу. Это произошло около четырехсот лет тому назад, и с этого момента история Сиона окутывается тайной: Почему местом для правительства была избрана Польша? До этого времени в анналах истории не было никаких следов более или менее значительной миграции евреев в Польшу. Наводнившие завоеванную маврами Испанию евреи пришли из Северной Африки и, покидая ее, они в массе своей вернулись туда же или переехали в Египет, Палестину, Италию, Турцию и на Греческие острова. Другие их колонии существовали уже ранее во Франции, Германии, Голландии и Англии, теперь они росли за счет переселенцев из Испании. Но нет никаких данных о сколько-нибудь значительном переселении испанских евреев в Польшу, ни о массовой иммиграции евреев в Польшу когда-либо раньше.
        Однако, когда в начале 16-го века «центр» иудаизма был перенесен в Польшу, «там начало существовать еврейское население числом в несколько миллионов», как пишет Кастейн. Однако миллионные населения не начинают неожиданно «существовать». Кастейну это также ясно, но, вместо того, чтобы дать объяснение, он затемняет эту историю, отмечая, как бы мимоходом, что размер этой общины, о которой до тех пор ничего не было известно, «зависел более от эмиграции, по-видимому из Франции, Германии и Богемии, чем от какой-либо иной причины». Он не объясняет, какие иные причины он мог бы иметь в виду, и для обстоятельного историка довольно странно в данном случае ограничиваться произвольными догадками.
        Заметим, однако, что если сионистские историки обходят какую-либо проблему стороной, то достаточно присмотреться внимательнее, и дело выплывает наружу. Так и в данном случае, неловкая увертка Кастейна пытается скрыть важнейший факт в истории Сиона, а именно то, что мировой «центр» еврейского правления был в это время перенесен в район наибольшего скопления народа, неизвестного до тех пор, как еврейского, и фактически никогда им в буквальном смысле слова и не бывшего. В нем не было никакой иудейской крови (а надо сказать, что к этому времени иудейская кровь почти полностью иссякла даже среди западноевропейских евреев), а их предки никогда не знали Иудеи, будучи взращенными на татарской земле. Это были хазары — народ тюрко-монгольской расы, обращенные в иудаизм в 7 веке нашей эры — единственный в истории случай, когда большая масса людей чуждой крови приняла иудейство (поскольку Идумеи все же были «братьями» по крови).
        Можно только догадываться, почему талмудистские старейшины разрешили и поощряли переход хазар в иудейство - без этого прилива новой крови «еврейский вопрос», по-видимому, давно уже был бы разрешен, перестав попросту существовать.
        Это событие (о котором в одной из следующих глав будет сказано подробнее) имело для Запада жизненное, а может быть даже и смертельное значение. Естественный инстинкт подсказывал Европе, что главная опасность для ее существования всегда грозила из Азии. С момента переноса еврейского «центра» в Польшу азиаты начали двигаться на запад под маской «евреев», приведя Европу в ее нынешнее критическое состояние. Их обращение в иудейство произошло настолько давно и они проживали так далеко от Европы, что западный мир никогда ничего бы о них не узнал, если бы талмудистский центр не был основан среди них, сгруппировав их вокруг себя.
        Когда они стали известны в Европе, как «восточные евреи», то им помогла переделка слов «иудаист» или «иудей» в «еврея», поскольку разумеется никто никогда не поверил бы, что они были иудеями или выходцами из Иудеи. С той поры, как они стали руководителями еврейства, догма «возвращения» в Палестину стала проповедоваться от имени народа, не имевшего ни капли семитской крови, ни даже намека на палестинское происхождение их предков. Талмудистское правительство управляло с тех пор армиями совершенно чуждого ему народа азиатского происхождения.
        Опять, на этот раз в Польше, было основано по сути независимое государство в государстве, снова воспользовавшееся благосклонностью коренного населения к пришельцам. И снова, как и раньше, и как много раз позже, талмудистские евреи оказались непреклонно враждебными по отношению к приютившему их народу.
        Кастейн дает нам описание этого независимого еврейского правительства в польской фазе его существования. Талмудистам было разрешено выработать собственную «конституцию», и в 16-17 веках евреи жили в Польше под управлением совершенно автономного правительства. Как пишет Кастейн, это правительство создало «железную систему полной автономии и железную религиозную дисциплину, неизбежно отдавшую власть в руки правящей олигархии и приведшую к появлению мистицизма в его крайней степени» (мы видим здесь аналогию с тем, как в наше время вырастали под железной дисциплиной и в строгой изоляции коммунистические и сионистские революционеры).
        Автономное талмудистское правительство получило название Кагала. На собственной территории Кагал был полновластным правительством под польским протекторатом. Он облагал налогами гетто и общины, выплачивая польскому правительству определенную сумму. Он издавал законы, регулировавшие все без исключения отношения и сделки между евреями, и имел право привлекать к ответственности, судить, осуждать или освобождать. Номинально эта власть не имела права осуждать на смерть, однако, как пишет известный еврейский историк нашего времени, Сало Барон: «В Польше, где еврейский суд не имел права смертной казни, процветала внесудебная практика линчевания и она открыто поощрялась раввинами, например Соломоном Лурия». (Эта цитата показывает, что скрывается за частыми, хотя и весьма осторожными ссылками Кастейна на «железную дисциплину», «безжалостную дисциплину», «смертельно суровую дисциплину» и т.п.)
        Фактически в Польше было воссоздано еврейское государство, управляемое талмудистами. Кастейн пишет: «Такова была конституция еврейского государства, насажденного на чужой земле, окруженного стеной чужестранных законов со структурой, частью собственной, частью навязанной. У него был свой собственный еврейский закон, свое священство, свои школы и свои социальные учреждения, а также свои представители в польском правительстве... фактически, налицо были все элементы, создающие государство... Это было достигнуто в немалой степени, благодаря сотрудничеству польского правительства».
        В 1772 г. произошел раздел Польши и эта громадная община «восточных евреев», сплоченная как государство в государстве, оказалась разъединенной новыми государственными границами, причем большая ее часть оказалась в пределах России. В этот момент, впервые за два с половиной тысячелетия и меньше, чем за двести лет до наших дней «центр» еврейского правительства вдруг исчезает из поля зрения. До 1772 года он существовал непрерывно: в Иудее, Вавилоне, снова в Иудее, в Галилее, опять в Вавилоне и, наконец в Испании и в Польше.
        По Кастейну, «центр прекратил свое существование»; читателям внушается, будто с этого момента централизованного контроля над мировым еврейством больше не существовало. В действительности, однако, как вся прошлая история долгого и мощного существования этого центра, так и важнейшие события последующего столетия, опровергают это утверждение. Сам Кастейн выдает истину, с торжеством сообщая далее, что в 19-ом столетии «оформился еврейский интернационал». Не подлежит ни малейшему сомнению, что «центр» продолжал существовать и после 1772 года, но работал тайно. Последовавшие события ясно показывают, почему ему выгодно было уйти в подполье.
        Наступившее за этим столетие было эпохой революционных заговоров, коммунистических и сионистских — этих двух доминирующих политических движений нашего века. Талмудистский «центр» был одновременно и центром этого заговора. Оставаясь открытым, он сделал бы видимым и источник этой конспирации, а заодно и отождествил бы восточных, талмудистских евреев с этим заговором.
        Положение стало ясным, когда в результате революции 1917 года Россия оказалась под властью правительства, состоявшего почти из одних только евреев. Однако, к этому времени власть евреев над европейскими правительствами была уже столь велика, что вокруг характера этого нового «русского» правительства был организован заговор молчания. Если бы международный центр оставался видимым, то европейские народы вовремя распознали бы, что правительство талмудистского еврейства, борясь на словах за «эмансипацию», в действительности подготовляло революции для уничтожения всего того, что народы могли бы в результате этой эмансипации выиграть.
        Только русские, среди которых к тому времени жила самая многочисленная из еврейских общин в мире, хорошо знали, что произошло. Цитируем Кастейна: «Русским всегда казалось странным, что евреи не желали смешиваться с окружающим населением, и они пришли к выводу, что тайный еврейский Кагал преследовал свои особые цели, и что существовал также и Всемирный Кагал». Говоря далее о «еврейском интернационале» 19-го столетия, Кастейн сам подтвердил правильность этого русского вывода.
        Другими словами, «правительство» продолжало действовать, хотя и тайно, а возможно и в видоизмененной форме, на которую намекает Кастейн словом «интернационал». Есть основания считать, что в настоящее время «центр» не расположен в какой-либо одной стране, и что, хотя его власть сконцентрирована главным образом в Соединенных Штатах Америки, она осуществляется в форме директората, размещенного внутри многих государств и работающего согласованно, поверх голов правительств и народов этих стран. В период таинственного исчезновения «центра» с поверхности, русские, оказывается, были осведомлены лучше других и их предположения оказались совершенно правильными.
        Сейчас уже нет особого секрета в том, как этот международный директорат получает и осуществляет свою власть над нееврейскими правительствами; за последние полвека собрано достаточно достоверной и открыто опубликованной информации по данному вопросу, и в нашей книге ниже мы осветим его подробнее. Гораздо труднее понять многовековое закабаление еврейства, рассеянного по всему миру: как удается маленькой секте держать этот народ в тисках примитивного племенного закона в течение двадцати пяти столетий?
        В следующей главе мы постараемся показать методы, применявшиеся в течение самого долгого периода истории Сиона — талмудистского периода, длившегося с 70 по 1800 г.г. по Р.Х. В этих методах так много чисто восточного и азиатского, что западному уму они часто непостижимы; они гораздо понятнее тем, кто познал эти методы на собственном опыте жизни среди «восточных евреев» перед второй мировой войной, или в странах, где власть находится в руках тайной полиции и держится на страхе и терроре.

 
[... Назад]      [ОГЛАВЛЕНИЕ]      [Далее ...]
Категория: Sion | Добавил: Bruder (13.07.2009)
Просмотров: 1164 | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Каталог+поисковая система Русский Топ

Каталог Ресурсов Интернет ПетербургПетербург