Наше меню

Поиск

Друзья сайта

Главная » Статьи » Мои статьи

В.В. Шульгин 1
Столыпин и евреи


     “Освободительное движение” 1905 года еще и потому не разыгралось в революцию, которая наступила двенадцать лет спустя, что вырождение русского правящего класса тогда не подвинулось еще так далеко. В нем нашлись еще живые силы, сумевшие использовать народное патриотическое движение, то есть “низовую контрреволюцию”, до организованного отпора разрушителям и поджигателям России. В частности нашелся Столыпин - предтеча Муссолини. Столыпин по взглядам был либерал-постепеновец; по чувствам — националист благородной, “пушкинской”, складки; по дарованиям и темпераменту - природный “верховный главнокомандующий”, хотя он и не носил генеральских погон. Столыпин, как мощный волнорез, двуединой системой казней и либеральных реформ разделил мятущуюся стихию на два потока. Правда, за Столыпина стало меньшинство интеллигенции, но уже с этой поддержкой, а главное, черпая свои силы в сознании моральной своей правоты, Столыпин раздавил первую русскую революцию.
     Но он не успел построить мост к еврейству. Еврей Мордко Богров его убил в том самом Киеве, откуда, как верил Столыпин, «свет национальной идеи озарит всю Россию».

* * *

     А жаль. По-моему, “мост” готовился. Перед смертью Столыпин носился с мыслью о «национализации капитала». Это было начинание покровительственного, в отношении русских предприятий, характера. Предполагалось, что казна создаст особый фонд, из которого будет приходить на помощь живым русским людям. Тем энергичным русским характерам, которые, однако, не могут приложить своей энергии, так как не могут раздобыть кредита. Того кредита, той золотой или живой воды, которой обильно пользовался каждый еврей только в силу... рождения, то есть в силу принадлежности своей к еврейству.
     В некоторых кругах существовало убеждение, что именно за этот проект еврейство убило Столыпина. Если бы это было так, то это обозначало бы, что еврейство Столыпина не поняло.
     Я сказал, что у Столыпина была двуединая система: в одной руке - пулемет, в другой - плуг. Залпами он отпугивал осмелевших коршунов, но мерами органического характера он стремился настолько усилить русское национальное тело, чтобы оно своей слабостью не вводило во искушение шакалов.
     Эта психология должна была проникать и в его отношение к еврейскому вопросу. Он не мог не считать «ограничения» евреев временными и развращающими русское население. Последнее привыкало жить в оранжерейной атмосфере, в то время, как евреи воспитывались в суровой школе жизни. Кроме того, эти ограничения отнюдь не защищали русское население в самой важной области - там, где формируются текущие идеи, дух времени... Как я уже говорил, здесь еврейство захватывало командные высоты. Поэтому перед Столыпиным и в еврейском вопросе стояла задача: органическими мерами укрепить русское национальное тело настолько, чтобы можно было постепенно приступить к снятию ограничений.
     Если таковы были действительно намерения Столыпина, то вместе с тем он не мог, конечно, не понимать, какой вой поднимут его враги справа, если он «вступит на путь» (а врагов у него было достаточно не столько в «хижинах», сколько - во «дворцах»). Поэтому и с этой точки зрения он должен был обеспечить свой правый фланг. Значит, в общем, если Столыпин имел в виду снятие ограничений, он должен был усиливать способность к отпору русского народа. Таков, вероятно, был скрытый смысл «национализации капитала». ( Во избежание недоразумений поясню, что приведенные здесь соображения относительно «намерений Столыпина» являются моими собственными соображениями. Беседовать с покойным Петром Аркадьевичем по этому вопросу мне не пришлось.)
     Убив Столыпина рукою Богрова, я думаю, евреи поспешили. Поспешили не только на беду всем нам, но и самим себе. Кто знает, что было бы, если бы Столыпин остался жить и руководил бы русским правительством в мировую войну.
     Я считаю этот пункт весьма важным и позволю себе на нем остановиться.

* * *

     Итак, свою ставку в 1905 году еврейство проиграло. Ставка эта была поставлена - на пораженчество. При каждой новой неудаче в войне России с Японией в освободительном лагере шел злорадный шепот: «Чем хуже - тем лучше». Жаждали разгрома Исторической России точно так, как теперь жаждут поражения советской власти. Ибо поражение обозначало революцию; а на революцию возлагались этими слепорожденными людьми, евреями и еврействующими, самые светлые надежды.
     И были тяжкие военные поражения. И революция началась; но ее удалось отбить. Тем не менее штурмующим власть колоннам удалось «вырвать Государственную Думу», то есть народное представительство.
     То обстоятельство, что манифест 17 октября был октроирован не из убеждения в его необходимости, а под угрозой революции, оказалось роковым для недолгого русского парламента. Это породило представление о своей силе у полупобедивших “парламентариев”, продолжавших злобную против власти пропаганду с трибуны Государственной Думы - с одной стороны; с другой - осталось горькое чувство полупоражения, глухое нежелание признавать во всю глубину совершившиеся перемены строя; возникла скрытая враждебность к «новым людям», выброшенным на поверхность революцией 1905 года, хотя бы эти люди были друзья и сторонники Власти.
     И был только один человек, которому это трудное положение «худого мира» оказалось по плечу. Этим человеком был Столыпин.
     Для него характерен случай, который был мне рассказан.

* * *

     Четверо молодых людей, одетых в форму кирасирского полка, пришли на прием к министру внутренних дел, который в то время жил на даче, на Аптекарском острове, в Петербурге. Через несколько минут дача взлетела на воздух: кирасиры оказались бомбистами; они принесли бомбы в своих касках.
     Сорок человек погибло в этом взрыве. От дома остались руины. Из-под этих развалин выносили трупы и стонущих людей. Какой-то солдат тащил на руках тяжело раненную дочь министра, Наташу. Очнувшись от обморока, девочка спрашивала: «Что это, сон?». Сам Столыпин вышел из-под обломков окровавленный, засыпанный клочьями стен и людей, но невредимый. Когда его узнали, случайный доктор бросился к нему:
     — Вы ранены?
     — Нет, нет, я не ранен...
     Случайный доктор (надо же было, чтобы этот доктор оказался Дубровиным, известным созидателем “Союза Русского Народа”, главою крайних правых, противником всяких реформ) зачерпнул воды из реки и помог министру умыться. И, может быть, именно потому, что Столыпин узнал Дубровина, он сказал, вытирая руки полотенцем и глядя на бесформенную груду, которая несколько минут тому назад была его домом:
     - А все-таки им не сорвать реформ!!!

     Если Дубровин это выдумал и Столыпин этого не говорил, то это тем более интересно: так, значит, противники реформ представляли себе русского Дуче. Он не отступит, его не испугаешь ничем. То, что он дает из России, он дает из убеждения, что так надо. Он свободен от всяческого страха, что нужно так или иначе повернуть руль, то он это сделает; и никто не посмеет его заподозрить, что он чего-либо испугался. Если прибавить к этому, что Столыпин погиб, никогда не изменив самому себе, после девяти неудавшихся покушений, то легко восстановить в памяти эту бронзовую фигуру последнего русского вельможи. Пусть памятник ему снесен: образ его бережно хранится в сердцах его знавших и любивших, и они донесут этот образ до иных времен, более благодарных и менее несправедливых.

* * *

     Так вот, представим себе, что и десятое покушение не удалось бы; что пуля Богрова пролетела бы мимо; и Столыпин, дожив до мировой войны, был бы призван руководить Россией в это тяжелое время. В таком случае во главе русского правительства, вместо малозначащих людей, стоял бы человек масштаба Клемансо и Ллойд-Джорджа. И, разумеется, первое, что сделал бы этот большой человек, - он осуществил бы идею «внутреннего парламентского мира». Известно, что таковой мир был заключен во всех Палатах воюющих государств, что естественно: война требовала единения всех сил перед лицом врага.
     В России положение было бы безысходно, если бы русский образованный класс (а из предыдущего изложения мы знаем, что русская интеллигенция находилась под сильнейшим еврейским влиянием), если бы русский образованный класс занял в отношении мировой войны ту же позицию, которую он занимал во время войны русско-японской. Но ничего подобного не было. Не только следа пораженческих настроений не заметно было в начале мировой войны, а наоборот — вихрь энтузиазма, патриотического энтузиазма, подхватил Россию. Печать трубила во все свои трубы: «ляжем», если не за Царя, то «за Русь».
     Я удивляюсь и сейчас, как многие не поняли, что это обозначало. Ведь печать-то была на три четверти в еврейских руках. И если «ложа оседлости», сделавшая в России слово «патриот» ругательным словом (невероятно, но факт), сейчас склоняла слово «Отечество» во всех падежах и ради Родины готова была поддерживать даже «ненавистную власть», то сомнений быть не могло: еврейство, которое в 1905 году поставило свою ставку на поражение и революцию и проиграло, сейчас ставило ставку на победу и патриотизм.
     Само собой разумеется, что оно рассчитывало на благодарный жест в конце войны; на то, что людям, исполнившим все обязанности, нужно дать и все права; разумеется, оно рассчитывало, что премией за патриотические усилия будет Равноправие. И ответственным людям, то есть прежде всего русскому правительству, надо было решить: да или нет. Принимая помощь русского образованного класса, то есть замаскированного еврейства, помощь вчерашних лютых врагов, власть должна была выяснить прежде всего для самой себя: решится ли она за эту помощь заплатить этой ценой? Ценой, которая не называлась, но всякому мало-мальски рассуждающему человеку была ясна.
     И вот почему я говорю, что Богров поторопился убить Столыпина. Я совершенно убежден, что светлому уму покойного Петра Аркадьевича положение было бы ясно. Воевать одновременно с евреями и немцами русской власти было не под силу. С кем-то надо было заключить союз. Или с немцами против евреев, или с евреями против немцев. Но так как война была немцами объявлена и Россией принята, то выбора не было: оставалось мириться с евреями.

В.В. Шульгин


_
Категория: Мои статьи | Добавил: Bruder (12.02.2009)
Просмотров: 1948 | Комментарии: 4 | Рейтинг: 5.0/2 |
Всего комментариев: 4
03.03.2009 Спам
исходя из того что Столыпин хорошо знал житие-бытие рядового еврея,(в которой еврей себя конфортно чувствовал,),он октивно ходотайствовал перед царем про улучшении прав евреев,что не устраивало Кагал,за что и поплатился,статья хорошая,но Кагальный вариант мне кажется основной



05.04.2009 Спам
2. Кац ( Bruder )
gastello, лично я тоже уверен, что Столыпина убили по приговору кагала. Если бы Столыпин довел до конца свои реформы, то никакого гос. переворота в 1917 году не было бы, и, кроме того, Россия заняла бы лидирующее экономическое положение в мире, чему активно противились жиды из Америки.

А Шульгин, как и большинство интеллигентов того времени, вообще как-то не очень ясно понимал роль евреев в разрушении страны. Эта мутность хорошо видна в его художественных мемуарах "Дни" (о революции 17-го) и "1920" (о поражении белой армии).




04.02.2010 Спам
[quote=gastello]он октивно ходотайствовал перед царем про улучшении прав евреев[/quote]
Русскому человеку не мешало бы получше знать русский язык. Да и историю тоже.
При своём существовании кагалы играли для еврев примерно ту же роль, что и общины для русских крестьян. В их деяельности было и положительное и отрицательное. Положительное то, что они осуществляли социализирующую функцию, обеспечивая минимальные релгиозные, нотарильные, образовательные, медицинские и т.п. потребности своих сочленов. Отрицательным было то, что кагалы, как и общины, контролировались, как правило, немногочисленной верхушкой - религиозными деятелями и богачами. К тому же, кагалы были весьма консервативны, замыкая евреев в рамках религии и стародавних традиций, препятствуя стремлению к общению с другими национальностями, к получению светкого образования.
К столыпинским временам кагалы были уже давно упразднены. Предположение, что Богров действовал по наущению какого-то кагала, абсурдно. Рассуждения на эти темы, сколько я с ними сталкивался, всегда носят абстрактный характер. Хоть и в те времена обличителей "кагала" было пруд пруди, но расследование убийства не привело ни к "кагалу", ни вообще к каким-нибудь конкретным результатам. Конкретно только то, что Богров сотрудничал с Охранкой, и с её помощью был пропущен в здание театра, где произошло убийство. И конкретна поразительная мягкость наказаний, которыми чины Охранки потом отделались.



12.02.2010 Спам
4. ***** ( Bruder )
Г-н Левин, Вы наверное не заметили, что оставили свой комментарий на сайте "Книги Кагала". cool
Ту ахинею, которую Вы так старательно писали, очень аргументированно ещё 140 лет назад опроверг Ваш соплеменник Брафман, и ежедневно опровергают сейчас руководители медвепута.
Доводы Брафмана не смогли поколебать до сих пор ваши отборные раввины, а Вы нам тут такие глупости пишите...



Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Каталог+поисковая система Русский Топ

Каталог Ресурсов Интернет ПетербургПетербург